Инженер Петра Великого – 4 читать онлайн

Без данеморской стали, без меди, без тех мастерских в Евле он новую пушку не отольет, мушкет приличный не сделает. Каждый выстрел и сломанная сабля для него — потеря, которую нечем восполнить. Он может воевать на том, что осталось, брать трофеи. Но воевать долго, восстанавливать силы — уже нет. Теперь он будет по всей Европе бегать, как побитая собака, и клянчить, у кого бы не кость с барского стола выпросить, а целую кузницу в долг взять.

Я молчал. У меня в голове застрял образ Карла XII из учебников истории — гроза Европы, хищник, который ставил на колени половину континента.

А теперь, по словам Стрешнева, он превращался в колосса на глиняных ногах. Вроде и грозный, а ткни — рассыплется.

— А Польша? — выдавил я, пытаясь зацепиться хоть за какую-то знакомую деталь.

— А что Польша? — хмыкнул Стрешнев. — Август теперь наш лучший друг до гробовой доски. Ты вдумайся: вся его сила в Варшаве держалась на двух вещах — на страхе и на бесперебойных поставках железа.

Шляхта их, гонористая, продажная, под Карла легла, потому что он был силен, а его марионетка, этот Лещинский, сидел на троне, подпираемый лучшим в Европе оружием.

Он сделал глоток наливки, и его глаза хитро прищурились.

— А теперь оружие это — товар штучный, на исходе. И страх улетучился. Как только весть о твоем рейде до Варшавы докатилась, там все с ног на голову встало. Шляхта, она ж как флюгер, — куда ветер дует, туда и она. А ветер теперь дует с востока.

От нас. Лещинский сидит в своем дворце, как паук в пустой паутине. Сторонники разбегаются, а те, кто еще вчера Карлу в вечной верности клялся, сегодня уже гонцов к Августу шлют с уверениями в преданности.

Стрешнев поднялся и подошел к карте.

— Мы вернем Августа на престол. Легко и без крови. И он будет нам по гроб жизни обязан. И Речь Посполитая из этого проходного двора, где каждый, кому не лень, свои порядки наводил, превратится в наш надежный западный щит.

Мы закроем эту дверь на такой засов, что ни один швед или немец туда и носа не сунет. Ты одним ударом по заводу в Евле, барон, решил проблему, над которой наши деды и отцы бились. Обезопасил западную границу на поколение вперед.

Я отхлебнул наливки. Она показалась обжигающе-крепкой. В голове медленно вырисовывалась захватывающая картина мира. Исторические рельсы, по которым я пытался ехать, вырвали с корнем.