Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

В эту эскадрилью подбирали только непобедимых пилотов, для которых не существовало оценки «хорошо» или «отлично». Только «превосходно» и «великолепно». Никакие связи не помогали попасть в списки этой легендарной эскадрильи. Направление в нее можно было получить только за рукояткой управления истребителя, преодолевая страх, высоту и скорость. Это была когорта избранных. Герман Геринг, знавший многих своих летчиков в лицо и по именам, пилотов эскадрильи «Рихтгофен» брал под особое покровительство, лично решая все их житейские проблемы, с тем чтобы никакие мелочи жизни не отвлекали их от службы.

Герингу даже удалось добиться того, что весь личный состав эскадрильи был секретным циркуляром выведен из поля зрения гестапо. Иными словами – пилоты и механики оставались подсудны только рейхсмаршалу. И в эту славную эскадрилью его, Конрада фон Гетца, переводят не просто пилотом, а на командную должность!

Через полтора года Геринг снова дал фон Гетцу случай отличиться. В ночь на первое сентября 1939 года вся эскадрилья была поднята по тревоге и получила боевой приказ завоевать небо Польши.

Эта задача была решена люфтваффе за три дня. На четвертый день войны в небе не было ни одного польского самолета. Поляки не смогли противопоставить немецким асам ничего серьезного. Теперь их самолеты были частью разбомблены на аэродромах первым же налетом штурмовиков, частью захвачены прямо в ангарах прорвавшимися танковыми соединениями, а те немногие, которым удалось подняться в воздух, догорали по оврагам.

Их играючи, как уток, сбивали немецкие асы.

Капитан фон Гетц успел сбить только двух поляков, до того как небо расчистилось.

И снова был прием в Каринхалле.

Тогда Геринг первый раз назвал Конрада по имени. Вручая ему Крест военных заслуг второго класса с мечами, Геринг сказал:

– Узнаю вас, фон Гетц. Что-то вы зачастили на мои приемы. Очень рад за вас. Вы делаете поразительные успехи. Теперь я воочию убедился, что два десятка таких асов, как вы, способны разогнать всю польскую армию.

Боюсь, что в Рейхе скоро не останется наград, которые вы не успели бы получить.

Эти слова, сказанные в широком кругу, вызвали улыбки слушателей. За откровенным бахвальством Геринга скрывалась гордость за главное дело своей жизни – возрождение воздушного флота – и гордость за своих пилотов.

Фон Гетц, – а это поняли все – был особо отмечен рейхсмаршалом. Герман Геринг назвал его по имени.