— Думаю, найду без проблем.
— У меня есть сомнения насчёт участия в заговоре ещё как минимум двоих наших. Им это не надо. Не руби сплеча, ладно?
— Если бы я смог взломать память комма твоей подруги…
— Я помогу… А Алексея оставь мне, ладно?
Я поднял на неё глаза и слегка растерялся — девушка, сидящая передо мной, преобразилась. Вместо мягкого, доброго и слегка растерянного создания передо мной оказался жёсткий, целеустремлённый и находящийся в состоянии холодного бешенства боец.
— Я знаю, как к нему подобраться! И сделать это смогу только я.
И не терзай себя — я на твоём месте, наверное, поступила бы так же… А насчёт моих чувств к тебе — что делать? Не срослось… Как я понимаю, начинать надо с реимплантации твоего комма?
Я удивлённо посмотрел на неё, потом сообразил, что во время прямого подключения она тоже времени не теряла, и, собравшись с мыслями, кивнул.
— Тогда не будем терять время… Есть одна неплохая идейка.
Глава 75
Лия Ниори"
"Проблем с реимплантацией комма не возникло — бум на эту процедуру стал стихать, и клиники, расплодившиеся, как грибы после дождя, были рады любому новому клиенту.
Даже такому странному, как Олисс. Выезд бригады на дом обошёлся в копеечку, но желание «парализованного денежного мешка» сделать операцию в своём особняке была единственным способом избежать огласки. Правда, всю бригаду пришлось зомбировать. Замена действующего комма неизвестного производителя, да ещё и на «крайне опасный «Эль-Бео», не могла остаться незамеченной.
А значит, информация об этом гарантированно дошла бы до Сеченова, встречаться с которым Лия и Олисс пока не собирались. Зато сразу после окончания периода реабилитации инкуб зарылся в работу — на то, чтобы проанализировать информацию о заговоре и о степени участия в ней остальных клонов, ушло больше недели. Лия, подобравшая коды к блокам памяти комма Бренды, заниматься этим отказалась — даже поверхностный просмотр взломанных файлов вверг её в глубочайшую депрессию — её единственная подруга оказалась чудовищем! А её искренность — обычной маской.
И осознавать это было настолько больно, что у девушки пропало всякое желание жить. Крайне редкие моменты, когда Олисс, отвлекавшийся от работы, обращал на неё внимание, её не особенно успокаивали — то, что он любил не её, Лия знала совершенно точно. И не обольщалась по поводу будущего — в его мечтах её, увы, не было.
