Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Образ заботливой и любящей матери не вязался с Айдис.

– Понятно.

Я поставил кубок на стол и поднялся со стула, собираясь уйти.

– Правда, Кирон. Я хочу загладить свою вину перед тобой, но не знаю как. Помоги. Пойди на встречу. Давай выпьем за перемирие?

– Мне некогда распивать с тобой скуму. Мы с Тулеком с утра отправляемся в путь.

– Куда на этот раз?

– В поместье Дирама.

На секунду мать поменялась в лице, потом удивленно вскинула брови и заулыбалась.

– Какое еще поместье? Разве Дирам не в Криелти?

– Нет.

Приятного вечера. Мне надо отдохнуть перед поездкой. Попроси кого-то другого разделить с тобой трапезу.

Айдис кивнула и пошла за мной по коридору до императорских покоев. Я так и не понял, зачем она это сделала. По пути не обронила ни слова. А когда закрывал перед ее лицом дверь, мать показалась мне задумчивой и опечаленной.

Глава 23

Дирам

Я уходил от Нирель в паршивом расположении духа. Разумом понимал, что еще немного и сломаю ее изощренными пытками, но буду ли любить то, что от нее останется? Наверное, нет.

Когда-то я до дрожи боялся, что Кирон погубит столь редкий цветок, а сейчас сам безжалостно сминал нежные лепестки. Теперь мне хотелось большего, чем интимная близость, хотя даже будучи в оковах Нирель возбуждала меня больше всех женщин на свете. Я жаждал взаимных чувств, страсти, любви и преданности. Но как этого добиться от женщины, которая боготворит другого? Заставить? Не получится. Мне нужна искренность, а не фальшь. Я старался создать приятную обстановку, но она ее не оценила.

Полоснула кинжалом по лицу. Отвергла, плюнула в лицо. Ей проще меня убить, нежели разделить постель. Так больно и обидно чувствовать холод от той, кого любишь больше жизни. Неприятно до такой степени, что слезы проступают на глазах. Я никогда раньше не плакал. Это удел глупых мау. Но Нирель вывернула мою душу наизнанку. Мне было гораздо больнее, чем ей. Физическая боль проходит, а душу не залатать.

Покинув подземелье, я сразу направился в беседку.

Еще до того, как посетить красную комнату, я приказал Стоше погулять с Келеаром. Ребенок не может постоянно сидеть запертым в четырех стенах. Ему нужен свежий воздух и простор.

Еще издалека я увидел, как мальчишка бегает вокруг клумб, а гарпи за ним не поспевает. Странно. Я ненавидел Кирона, но привязался к его сыну, как к родному. Я бы никогда не позволил себе обидеть ребенка Нирель, но при этом истязал ее саму. Я не мог понять, что со мной творится.