Их жаркий ноябрь читать онлайн

Еще шаг, красный свет светофора и …

— Аня! — позвал меня из машины Константин, и я очнулась от наваждения. — Что же ты не смотришь, куда идешь? Красный свет, а ты под колеса бросаешься! Что сказала судья?

— Ничего хорошего.

— Ладно, сядь в мою машину. Я поговорю с адвокатом и вернусь.

Я понуро села в его «БМВ» и закрыла лицо руками.

В голове кружились обрывки фраз и фотографии, на которых мы с Костей кувыркаемся в его спальне. Фарс, сплошной фарс…

Покровский вернулся в машину через десять минут, понурый и злой.

— Ладно, слушай. Будем действовать по-другому, — повернулся ко мне он. — У Бобрика есть знакомый судья, попробуем через него пробить. Пусть ставят печать о разводе и закрывают дело без заседаний. Не знаю, во сколько эти махинации обойдутся, но тянуть не вижу смысла.

— Костя, он следил за нами… следил, понимаешь?! — пропустив мимо ушей его слова, всхлипнула я. Голос срывался на истерику.

— Ань, все. Успокойся. Следил, и следил. Завтра тебе надо будет поехать в одно место, на повышение квалификации.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я уставилась на свои руки. Губы дрожали. Моя Ева так и осталась недоступной. И как ее вернуть, я не знала.

Глава 44

— Вот это наше будущее детище!

Бобров поправил ворот длинного пальто и широким жестом руки указал на недостроенное здание у трассы недалеко от Ростова.

— Как тебе, Константин?

Покровский выбрался из машины и потер замерзающие на холоде руки. Игорь в длинной соболиной шубе засеменил следом за старшим братом.

— Его же еще достроить надо, — скептично поморщившись, подошел ближе к будущему дилерскому центру Константин.

— Если одобришь, достроят в считанные недели. А мы как раз подготовимся, — пояснил Бобров. — Девок красивых в пене наснимаем, запустим рекламу, скидочные программы — и все будет в шоколаде.

Константин подошел к зданию и толкнул временную дверь.

Побродил внутри. Вроде, все как надо. Площадь приличная, два этажа. И на первом и на втором можно будет красивые автомобили размещать. А то, что ворованные — так пусть Бобрика совесть гложит.

— Слушай, дело у меня к тебе есть, личного характера, — потер гладко выбритый подбородок.

— Так, дела обсудим за обедом. Лучше скажи, даешь добро на это помещение?

— Даю.