Прошел медленно мимо синей таблички «Приемная администрации президента».
Только когда вид на улицу пересекла диагональная трещинка в стекле, почувствовал себя Виктор поуютнее. Вставил кипятильник в стакан с водой, достал коробочку с чаем.
При всем этом относительном уюте гораздо сильнее нахлынуло чувство одиночества, словно отрезали его от мира. Нет, он не думал об Ире и Яночке. Его мир сейчас ограничивался стенами райотдела или даже стенами этого кабинетика, в котором он чувствовал себя в полной безопасности.
Чувствовал раньше, как, впрочем, и везде. Но теперь все сильнее и сильнее осознавал он, что невидимое кольцо сужалось вокруг него. Кто сужал это кольцо? И почему? Снова показалось Виктору, что он на самом деле слишком мелок, чтобы представлять для кого-то опасность. Но тут вспомнил он иронию Рефата, считавшего, что Виктор притворяется «мелким». Да и теперь, когда у него в руках есть эти фотографии, теперь он действительно представляет опасность для тех, кто не хочет раскрытия дела Броницко-го.
Но и само дело Броницкого в мыслях Виктора уже не ограничивалось только Броницким. Оно, похоже, вообще ничем не ограничивалось. В него, в это дело, были втянуты серьезные силы. Можно было уже с уверенностью сказать, что в это дело были втянуты вооруженные силы. И выстрел по его «мазде» из гранатомета тоже. было проявлением чисто военной силы. А исчезновение Броницкого-младшего? Нет, все равно он был слишком мелок, чтобы противостоять этим тайным «вооружен-, ным силам». Только с помощью Георгия ему как-то удавалось пока выходить на след событий.
С помощью Георгия нашли похищенный труп Броницкого. С помощью Георгия выяснили, кто звонил в ночь полета дирижабля на пост ГАИ."
"Но теперь этой поддержки Виктору показалось маловато. Телефонные подсказки и советы были слишком нематериальны, почти анонимны. За ними не чувствовалась сила, на которую можно было бы рассчитывать в трудную минуту. Но все равно Георгий оставался единственной его поддержкой в этом деле. Только теперь Виктору хотелось от Георгия больше.
Нет, не советов и подсказок. Ему хотелось знать, что он действительно рядом. Он отдаст ему фотографии и все или почти все расскажет. Но только не по телефону. Вот в чем дело. Ему не доставало глаз человека, с которым он занимается одним делом. Да, когда Георгий позвонит ему сегодня в семь вечера, Виктор все объяснит. Да и фотографии по телефону не опишешь…
Чай получился слишком крепким, и Виктор бросил в стакан три ложечки сахара.
