Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Это мое жилище, — проговорил Янор, пристально наблюдая за выражением моего лица. — Нравится?

Я ничего не ответила, поскольку именно в этот момент заметила детские игрушки, разбросанные вокруг. Что это значит?

— Да, у меня был сын. — Лицо Янора исказила болезненная гримаса. — И жена. Какое-то время я являлся без преувеличения самым счастливым человеком на свете.

Я молчала, понимая, что сейчас не время для вопросов. Янор явно желал рассказать мне историю своей жизни. И я уже поняла, что в его прошлом случилась страшная трагедия.

— Я не буду перед вами оправдываться за свое предательство, Беатрикс. — Янор криво усмехнулся. — Знаете: забавно. Я так часто убивал в своей жизни. И не испытываю ни малейших сожалений по этому поводу. А вот это задание почему-то далось мне тяжелее всего. Вы можете мне не верить, но я на самом деле обрадовался, когда Себастьян вытащил вас из лап Даниэля. Правда, при этом я уже давным-давно был по другую сторону реальности. Но мне была приятна та мысль, что вы не составите мне компанию на суде богов.

— Одиннадцать дней, — прошептала я, силясь прикинуть, когда Янор умер. — Получается, вы погибли сразу после того, как я перенеслась в Прерисию?

— Да. — Янор кивнул. — Сделка оказалась выполненной. Я исполнил свою часть договора, Даниэль поспешил выполнить свою.

— То есть? — переспросила я и тут же ахнула, когда до меня дошел смысл странных слов бывшего палача. — Неужели вы пошли на все это лишь для того, чтобы Даниэль вас убил?

Янор промолчал, видимо, сочтя этот вопрос риторическим.

Неспешно прошелся по прихожей, осторожно стараясь не наступить на игрушки.

— Помните, когда-то я вам сказал, что у меня особые отношения со смертью? — после долгой паузы спросил он и, не дожидаясь ответа, продолжил: — Так и есть. Я не мог умереть, Беатрикс. По крайней мере — по собственной воле. Меня мог убить только сильный маг, желательно — сумеречный. Такой, как Себастьян. Ну, или Даниэль. Именно на этот крючок меня поймал Себастьян. Пообещал мне смерть, если я буду усердно ему служить.

Правда, вот беда — при заключении сделки я забыл уточнить срок, по истечении которого мне дали бы полный расчет. Моей ошибкой, естественно, не преминул воспользоваться Себастьян. Долгие годы я выполнял при нем роль мальчика на побегушках, верного слуги, мечтая только о том дне, когда смогу воссоединиться с родными. Собственно, теперь вы понимаете, почему я согласился служить Даниэлю. К чести последнего, он свое обещание исполнил.