Вовец по узкой тропке среди мусорных куч и кустов попробовал к ним подобраться. Встав на полуразбитый деревянный барабан из-под электрокабеля, разглядел сквозь гутые ветви своих врагов. Их было трое – к прежним двоим добавился тот, что шел сзади. В его облике было нечто неуловимо знакомое. Он что-то тихо говорил, а те стягивали с себя грязную липкую одежду, иногда отвечая. Слов не было слышно, говорили тихо. Вовец недоумевал, почему они остановились в этом месте? Стоило пройти ещё сотню метров до конца пруда, где в это зловонное болото вливается Исеть, и там спокойно умыться и выполоскать одежду.
Солнце вон какое жаркое, через час все бы уже высохло. Вовец не видел их целиком, только головы и плечи. Третий что-то достал из кармана и показал вервольфам, те с жаром начали говорить, размахивая руками. Потом замолчали и встали с опущенными руками, словно по команде ""Смирно!"", а мужчина тряс у них перед носом прямоугольником бумаги.
И тут Вовец понял, что это фотография, которую он бросил на мосту, а мужчина потому и показался знакомым, что именно он на этой фотографии и запечатлен.
Штурмфюрер! Один из вервольфов присел. Их лица были так грязны, а коротко стриженные волосы так одинаково выгорели на солнце, что Вовец не мог определить, кто из них Белый Кролик, а кто его партнер по боевой тройке. Вервольф поднялся и отдал штурмфюреру пистолет. Тот внимательно его смотрел, ощупал длинный глушитель, вытряхнул на ладонь обойму, вставил обратно. Вовец не сразу понял, что произошло.
Затылок вервольфа взорвался, разлетелся веером мелких и крупных брызг, ветки ивы позади него вздрогнули и с них потекло, закапало. Мгновение парень стоял, задрав лицо к небу, потом провалился вниз, глухо стукнувшись о землю, даже Вовец услышал. Второй вервольф словно окаменел. Штурмфюрер несколько раз что-то ему повторил, потом потрепал за плечо и ободряюще улыбнулся. Тот вытер ладонью лицо и встряхнул головой, словно прогоняя наваждение, потом нагнулся.
Оказывается, за одеждой. Перебросил через руку черный от грязи пиджак. Старший быстро приставил ему к виску ствол пистолета. Стреляная гильза высоко взлетела, сверкнув на солнце. Голова парня мотнулась набок, и он упал. Штурмфюрер спокойно и внимательно смотрел вниз, на дело своих рук. Видимо, посчитал, что все в порядке, и быстро пошел дальше по тропинке.
Вовец присел, сердце бешено колотилось, в голове звенело, словно это ему в затылок пальнули.
