Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Дальнейшие передвижения неизвестного: крыша дома 38, торцевая пожарная лестница, переулок Строителей. В переулке следы неизвестного, предположительно „Гостя“, теряются».

11 апреля 1979 года, 09:15. В/ч 17052, кабинет начальника особого отдела.

– Ты в курсе, что Фёдоров умер?

Рука, державшая стакан с чаем дрогнула.

– Как умер? – Белявский поставил стакан на стол. – Ты ничего не путаешь?

– Я, Аркадий, никогда ничего не путаю. – Сазонов внимательно посмотрел на собеседника. – Умер вчера.

– Постой, я на днях разговаривал с начальником отделения.

Фёдорову стало лучше, должен был прийти в сознание.

– Не пришёл, умер.

– Что на вскрытии?

– Токсический шок на фоне инфекции, остановка дыхания.

Сазонов не спеша подлил чай в свой стакан, пододвинул сахарницу, спросил безразличным тоном:

– Говорят, ты к его девчонке клинья подбивал?

Спокойное, холёное лицо Белявского на мгновение исказилось.

– Не лень тебе, майор, бабские сплетни собирать?

– Работа, Аркадий, у меня такая: сплетни собирать.

– Грязная работа!

– Кто-то должен в грязи копаться, – возразил хозяин кабинета.

– Вы же, учёные, не будете?

– Не будем. Послушай, майор, я тебе категорически заявляю: с девчонкой Фёдорова у меня ничего не было!

Сазонов пожал плечами.

– Ну, не было, так не было, в конце концов, это твоё личное дело. Вот второго ты в лабораторном журнале не расписался, это уже нарушение должностных инструкций.

Белявский вскочил с места, навис над особистом.

– Майор, я тебе говорил, второго меня в лаборатории не было! Бред Фёдорова не аргумент!

– Сядь, Аркадий, не горячись.

– Сазонов положил в чай две ложки сахара, неторопливо размешал. – Фёдоров здесь не при чём. Мой следователь, капитан Леденёв, утверждает, что в воскресенье ты в лабораторию заходил.

– Он что, меня видел? У него свидетели есть?

– Не видел, и свидетелей нет. Но есть косвенные свидетельства.

– Косвенные! – пренебрежительно бросил Белявский. – А почему, собственно, твой Леденёв копает? Следствие же закрыто!

– Возобновлено. – Сазонов поднял стакан, сделал большой глоток.

– Выявились новые обстоятельства.

– Какие, например? – нервно спросил Белявский.

– Извини, но этого я тебе сказать не могу.

– Зато я скажу, – с напором произнёс Белявский. – Твой следак не там копает. Послушай дружеский совет: отзови его!"

"Сазонов поставил чай, откинулся в кресле, посмотрел Белявскому в глаза. Сказал спокойно:

– Давай, майор, заниматься своими делами. Я – начальник особого отдела, ты – начальник лаборатории.