Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

От кого ты бежишь?

Сегодня ее рыжие волосы были заплетены в простую косу, отчего сложно было сказать, сколько же ей лет.

Я вздрогнула, на секунду задерживая дыхание, оттого что Янтарь не спросил, а сказал так уверенно, словно знал это наверняка."

"И, казалось бы, что жизнь начинает налаживаться.

— Ну. клубничка…

Даже со мной — мелкой вредной до невозможности пигалицей, которая только и умудрялась, что творила всякую ересь, вела себя не слишком адекватно, вечно что-то крушила и шипела на него словно полоумная рысь.

Она просто кивнула, впервые чуть улыбнувшись кончиками губ, когда я быстро добавила:

Я не могла дать ему ничего из того, что он был достоин.

— Тебя это не касается, — максимально сухо ответила я, отворачиваясь, чтобы снова заняться исключительно молоком и ничем больше, стараясь не обращать внимания на то, как Янтарь на секунду растерялся, так и застыв на пороге.

Эта аура чего-то варварского, но вместе с тем обаятельного, грозного и сексуального, резкого и теплого переплеталось в этом Берсерке в какой то совершенно немыслимый узел, от которого честно говоря просто захватывало дух!

— И что это значит?!

Меня это пугало.

И я смотрела.

Лишь когда вода остыла настолько, что перестала согревать, я вылезла, осторожно положив в гнездышко Молчуна, завернувшись в какую-то относительно чистую тряпку, которая раньше была постельным бельем, и вышла на кухню, чтобы приготовить молока.

— Послушайте! Кто бы со мной не был, и кого бы вы не видели — никто не виноват!

Его убедят только факты.

Ведь я и без нее знала об этом.

— Моя смелая отважная девочка.

Не то, чтобы я надеялась, что этот огромный странный мужчина испугается моего рыка, и метнется срочно кабанчиком в кусты, но уж чего я точно не ожидала, так это его широкой восторженной улыбки и басистого раскатистого:

— Все таки не смог удержаться даже одного дня и пришел!

Боги! Я закрыла глаза, чтобы не расхохотаться, а еще, чтобы не прибить этим самым молотком самого криворукого из Беров!

От его низкого чувственного смеха на собственных губах, я жадно облизнулась, потянувшись к нему, чтобы начать с того момента, на котором мы только что остановились, крепко обхватывая его бедра своими ногами и держась за мощную шею изо всех сил, словно кто-то мог отобрать его у меня.