Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сонно хохотнув и с трудом разлепляя свои глаза, скоро я поняла, что от задушевного исполнения проснулась не только я одна и все девочки сразу, но и Север, который остался рядом с Мией и своим малышом в спальне рядом, прошептав своим сестрам:

— Ледяной, притихни и не мешай!

— Машину пригнал! — Бер с глазами цвета красного дерева и такой же завидной шевелюрой, как у его друга и теперь Короля. закинул быстро в рот кусок мяса, почему-то совершенно не удивляясь застолью, и потянувшись за одной из бутылок, глядя на Карата, — Ну кто родился то?

Как Гром и Малахит о чем-то беседовали тихо и спокойно, словно делились опытом своих родов, успевая при этом таскать орешки из одной общей тарелки.

Всех, за исключением Карата, который испарился, не оставив даже записки, чтобы мы не волновались!

…И началась буря.

— …Может подождем тетушку Зои? Они должно быть скоро уже будут здесь…

А еще сразу было видно, что строили не люди, а именно Беры, потому что масштаб и крепость просто поражали мое воображение!

— Всё это замечательно, но об аварии врачи обязаны будут сообщать в полицию, — проговорил Нефрит который хоть и был кровным сыном Карата, но умело сдерживал все свои порывы хитрости.

видимо научившись вести себя прилично и сдержанно после жизни в городе.

Осторожно переступив через отца, который пока никак не мог прийти в сознание, Звезда кинулась к Карату, неся в руках небольшой сугроб, видимо захватив его в спешке двумя руками по самые плечи.

Впервые за то время, что я знала Карата его глаза стали теплыми и совершенно необыкновенными, словно темный мрачный лес осветился робким светом луны, когда мужчина кивнул. взял в одну руку шкуру принимая великий дар и проговорил при этом на удивление мягко и почтительно:

— А что, разве похоже чтобы со мной кто-то жил?

Не зря девушка застыла и не сразу решилась положить свою белую хрупкую руку на ладонь мужчины, не поднимая глаз и стараясь дышать ровно, потому что было просто невозможно не поддастся этой темной обволакивающей чувственности мужчины, в котором было столько тайн, загадок и эротизма, что он казался истинным Дьяволом во плоти.