Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— До этого момента я и сам был не против приударить за ней. Она у тебя ниче такая.

В одно мгновение резко подрываюсь с места и прямо через стол тянусь к этому придурку. Хватаю его за рубашку и тяну на себя.

— И думать о ней не смей.

— А иначе что?

— Пожалеешь, что на свет появился.

Отталкиваю его от себя с такой силой, что он практически перелетает через свой диван, переворачивая его на себя. Спокойно, что не скажешь о моем внутреннем состоянии, выхожу из-за стола и бросаю на него несколько купюр за кофе, что заказывал себе, не обращая внимания на то, что вокруг творится.

Люди подскочили со своих мест, ошарашенно глядя в нашу сторону. Боковым зрением вижу, что ко мне спешит один из охранников. А в это время Давид пытается подняться с пола, смачно матерясь.

— Ты пожалеешь об этом. — кричит он, дергаясь в мою сторону, но его тут же останавливает охрана. — Ты знаешь, кто мой отец? Зря ты со мной связался, урод.

Поднимаю руки вверх, показывая, что я не опасен одному из охранников.

— Еще раз увижу тебя рядом с ней, и ты — труп.

— кидаю напоследок бывшему другу, а затем разворачиваюсь и иду к выходу.

В спину летят угрозы, но я срать на них хотел. Ему очень крупно повезло, что мы были сейчас не одни, иначе я за себя не ручался. Руки прямо сводит от того, как хочется начистить рожу этому долба*бу.

Домой после этого всего я поехал не сразу. Заехал в спортзал, где смог от души поколотить грушу. Мне нужно было успокоиться и обо всем подумать. Я прекрасно понимаю, что если этот козел решит действовать, то у меня возникнут большие проблемы.

И тут даже отец не сможет помочь.

Но это все хрень собачья по сравнению с тем, что творится у меня дома. Кристина продолжает играть в молчанку, и меня это уже начинает доставать. И теперь вся надежда на то, что в новом году все изменится. Когда-то же должно случиться, мать его чудо, и она со мной наконец-то заговорит.

Правда, я не думал, что все обернется еще большим кошмаром…

Глава 52

Кристина

— Пап, мне надо с тобой поговорить.

— Родная, я только приехал.

Неужели ты не хочешь для начала просто обнять своего старика?"

"Мои губы расплываются в виноватой улыбке. Голова совсем не варит, что я даже не обняла папулю, когда он зашел. Скорее спешу к нему, в его распахнутые объятия, и прижимаюсь, вдыхая до боли родной запах.

Боже, я так скучала.

— Прости меня. — шепчу, еще сильнее к нему прижимаясь. — И ты не старик. Ты у меня еще ого-го.

Папа смеется, целуя меня в макушку и обнимает крепко-крепко.