Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Что, если он заберёт у меня Вику? Война с ним в сто раз хуже, чем разборки с хирургом.

— Твою ж мать… — выдыхаю обречённо.

— Давайте просто заберём Вику, — говорит Ренат, почувствовав мою подавленность. — Всё остальное пока неважно.

— Сказал парень, который одной ногой в тюрьме, — язвительно замечает Игнат и тут же тяжело вздыхает. — А я тот, кого мой отец уничтожит в первую очередь. Или прикажет вернуться в его компанию и работать на благо семейного бизнеса Соколовых.

— Не худшая доля, — фыркает Соболев.

Резко свернув в нужный проезд, бросает взгляд на меня. — И всё-таки у нас есть одно преимущество.

— Какое? — тоже смотрю на Кира.

— Нас четверо! А он один. Соколов-старший, несмотря на ту власть, которой обладает, всё-таки утратил былую значимость. Последнее время я часто размышлял об этом. Мы уже давно не юнцы, а он, возможно, уже не так крут. И нас всё же четверо!!

Кирилл подчёркивает это «четверо» дважды. Я читаю в его взгляде прощение… Прощение за всё, что я сделал.

На моё плечо ложится увесистая ладонь Рената.

Сокол хлопает по второму плечу, а Кир протягивает руку, за которую я тут же хватаюсь. По очереди смотрю в глаза каждому из друзей. В них доверие. Оно исцеляет мою душу и разрушает ад внутри меня, который пожирал так долго…

— Да, нас четверо! — говорю осипшим голосом. Проталкиваю образовавшийся в горле ком и отчеканиваю уверенно: — Но с хирургом разберусь я сам!

* * *Кирилл паркуется вдалеке от нужного дома. Я осматриваюсь и понимаю, что Вика действительно всё это время находилась очень близко.

Этот район идентичен коттеджному кварталу, где стоял дом Куприна, и расположен по соседству. Дома здесь находятся на завершающем этапе строительства. И тут пока никто не живёт. Идеальное место, чтобы прятаться или держать кого-то в плену.

Быстро выбираюсь из машины и тут же замечаю небольшую группу людей, направляющуюся к нам. Друзья встают рядом со мной, а Игнат обречённо выдыхает:

— Пожаловал, твою ж мать…

Соколов-старший в компании личной охраны приближается вплотную.

Его безэмоциональный взгляд скользит по нашим лицам, а потом на губах расползается кривая усмешка.

— Восстание из мёртвых продолжается, — говорит он, глядя на меня. — Я уже думать забыл о вашей компашке, а тут такое…

— Чего ты хочешь взамен?! — выплёвываю я, теряя терпение.

— Не тыкай мне, мальчишка! — осаживает меня Соколов-старший.

Но я уже не мальчишка, каким был четыре года назад. И кажется, он это понимает.