Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

От шока не нахожу что ответить. Ощущаю себя безвольным манекеном, которого вращают сильные руки... Разворачивают в воздухе на сто восемьдесят градусов и устраивают на упругом мужском теле.

— Нужно. Срочно... — Я оказываюсь буквально насаженной ртом на член, поэтому слова звучат тихо.

— Мне нравится эта идея. — Клим раскрывает языком нежные складки и крупно вздрагивает. — Охрененные переговоры!

Глава 55

Двойная ласка мгновенно разжижает мозг. Я шизею от ритмичного посасывания между ног, от восторженных проклятий Клима, его стонов и одновременно — умираю от желания ласкать член все быстрее.

По ощущениям это похоже на лавину. Мы словно несемся куда-то в пропасть, а взаимные движения действуют как попутный ветер... настоящий буран!

Нереально ни притормозить, ни оглянуться. Каждое проникновение толкает брать глубже, до самого горла. Каждый стон вызывает внутри целую волну кайфа.

Удовольствие превращает вожделение в одержимость и лишает всякого контроля. Вместо приличной женщины я становлюсь голодной до своего мужчины самкой.

Теку на его язык снизу и щедро увлажняю слюной сверху.

Ничего общего с красивой эротикой или нашей прошлой близостью. Никакой осторожности или медлительности. Ни следа страха. Ни единого триггера.

Призрак Пекарского даже не пытается выбраться из подсознания. Его будто и не было. Ни боли, ни ужаса, ни кошмаров по ночам.

Самая лучшая психотерапия, о которой можно мечтать. Лишенная тормозов и правил.

До возвращения Клима я и не представляла, что смогу быть такой раскованной.

.. что вообще смогу заниматься сексом! А сейчас рядом с ним — с ума схожу от какой-то дикой, животной части себя.

Ошалевшие друг от друга, кончаем мы почти одновременно. Клим держится, позволяя мне улететь первой. Работает языком и пальцами. Трахает меня так увлеченно и пошло, что кричу от яркой вспышки внизу живота, дрожу как ненормальная. А спустя минуту, вернувшись на землю, губами и языком отправляю в тот же рай своего мужчину.

— Кажется, я понял, почему не все мужики доживают до сорока, — хрипит Клим, когда все уже закончено и мы лежим на диване в позе ложек.

— Страхиваются? — шепчу я, поражаясь своему новому словарному запасу.

— Во всех смыслах и одновременно.

— Это ты сейчас о чем?

Уже догадываюсь, каким будет ответ. Наш разговор о Еве так и остался незаконченным, но спорить нет никакого желания.

— О том, что мне досталась самая красивая и при этом самая упрямая женщина.

— Должны же у меня быть хоть какие-то недостатки.