Не могу объяснить, в какой момент Алиса обрела такой вес в моей жизни. Жил же до нее прекрасно. С Машей отношения — мечта любого пацана. Она у меня красивая, спокойная, не глупая, готовит вкусно, хозяйственная, в сексе без тормозов. Казалось бы, чего мне не хватало, что так перемкнуло на другой девушке. Естественно, Маша это заметила. Стала нервной, начала отслеживать, где я и с кем. Тут моя вина безусловно. Мне тяжело скрывать свой интерес к Алисе.
Когда все стало слишком сложно? Наверное, когда я принес сумку ей в больницу.
Цветы эти припер, а утром увидел ее в одном белье. Моя фотографическая память детально сохранила эту красоту. Я даже запомнил, где у нее родинки находятся! Помчался к Маше в надежде выбросить из головы образ другой. Хер там. Стоило мне закрыть глаза, как на месте любимой девушки видел Алису. Ненавидел себя тогда. Так стыдно было перед Машей. Дал себе слово, что она никогда об этом не узнает. Никто не узнает.
Очередной переломный момент — звонок Алисы. Я когда услышал ее голос, прерывающийся рыданиями, готов был сорваться в ту же секунду к ней, чтобы обнять и успокоить.
Невыносимо было слышать ее всхлипы. Разнесло меня знатно. Спасибо любимой сестричке, что попросила поехать к подруге. Она пока не могла Лешку оставить. Я топил по городу под 180 км/час. Представляю, сколько проклятий в меня прилетело в тот день от водителей, которых мне иногда приходилось подрезать, чтобы избежать аварии или проскочить на светофоре. Чувствую, штрафы прилетят мне серьезные. Да пофиг. Я добрался к дому Алисы очень быстро.
Она открыла дверь, и у меня сердце в пятки ушло. Глаза красные и опухшие, руки дрожат, плечи опущены. Она была так подавлена, сломлена. Хотелось развернуться и полететь на поиски Стаса, чтобы уничтожить этого гондона. Сомнений у меня уже тогда не было из-за чего Алиса плакала. Девушка не особо обрадовалась моему визиту, пыталась дверь закрыть. Наивная. Да я бы ее с петель снял, чтобы пройти в квартиру. Пришлось взять на руки и отнести на кухню. Улыбаюсь, вспоминая, как она отреагировала на мой маскарад.
Ее смех пробудил во мне что-то неизведанное. Только тогда я начал спокойно дышать. Мои опасения подтвердились. Стас нагородил ей херни. Естественно, она расстроилась. Мне удалось расшевелить ее, не дал ей впасть в уныние и депрессию. Когда я уходил, она улыбалась. Обняла меня. И я поплыл окончательно. Как она пахнет! Нежный цветочный аромат. Он еще долго преследовал меня.
Чувство вины по отношению к Маше разгорелось с новой силой.
