Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Матушка-боярыня, не примешь ли в подарок? Дар-то скромный, но сердечный, — вернулась к лавке, где сидела еще Ксения и развязала узел, а там…

Женщины, есть женщины. Будь то чернавка или графиня какая ляшская, все одно — охоча до украшений да нарядов. В руках у рыжей Аринки, на раскрытом платке лежала кружевная тесьма редчайшей красоты и цвета. Такую не зазорно было нашить на самый богатейший летник княжеский.

— Ариша, откуда красота-то такая? — Ксения взяла в руки тесьму и дивилась, а Марья тихо подошла, и встала рядом с матерью, разглядывала богатый подарок.

— Сама сплела, матушка-боярыня, — Аришка обрадовалась, что тесьма понравилась, однако лишней гордости за свою работу не выказала, и была права.

— Эва… Ну, Ариша, порадовала. Спасибо на таком подарке. Молодец, не безрукая. Такое умение и прокормит, и прославит, — внимательно посмотрела мудрая боярыня на рыжую и склонила легонько голову в поклоне, мол, дар принят и оценён.

Ариша поклонилась в ответ, мол, поняла, докучать боле не стану, и двинулась к ступенькам, а за ней потянулась молчавшая все время Марья.

Девушки завернули за угол малой хоромины, и тут Марью словно прорвало — вздохнула глубоко, и слова из нее посыпались, аки горох.

— Фух… Арина, ну ты и смелая! Надо же, мамкин допрос вынесла, и не взопрела нисколечки. Меня ажник в пот кинуло от ее речей, а тебе хоть бы хны. Где научилась-то? — Марья преобразилась вмиг!

Аришка даже рот приоткрыла, глядя на симпатичное личико боярской дочери, на котором теперь ни спеси, ни горделивости не было вовсе.

Одна лишь шутейная улыбка. Вот через нее Аришка и поняла — истинно Дёмкина сестрица! Марья походила на лисицу, красивую, милую, но далеко не безобидную. Такая, если что, нос оттяпает и аккуратно язычком губы оближет. Арине понравилась дочка Ксении, и она решила разговор шутейный поддержать.

— А чего бояться-то? Рыжих сам Ярило бережет. Я поутру косу свою чешу, и потому удача ко мне сама плывет. Неужто не знала? — Аринка по причине мечтательности еще и выдумщицей была.

Дед Миша звал ее — сказочница.

Машутка уставилась на богатую косу Аринки, и веря и не веря.

— Врешь, нето.

— И не вру нисколечки! — Аришка поддала в голос правдивости.

— И что, ежели я трону твою косищу, мне тоже радости прибавится?

— А давай попробуем? — и двинулась к Марье поближе.

Та рукой своей косу Аришкину ухватила и стояла, вроде как удачи ждала.

— Боярышня, ты как корову за хвост уцепила. Ты ласковей, да с приговором, мол, явись удача.