Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Разводит в стороны стройные ножки и размещается между ними, упираясь локтями в матрас. Хочет как можно ближе. Так, чтобы слышать, как барабанит сердце. Чтобы затвердевшие соски царапали его грудь, когда она лихорадочно будет хватать ртом воздух.

- Не зажимайся, ладно? - почему-то испытывает необходимость говорить с ней.

Целует. Упирается членом в клитор, надавливает и спускается ниже. Медленно вводит и, резко, одним толчком заполняет её. Слышит сдавленный писк и чувствует на своей спине следы от её ногтей.

Ждёт. Уже не спешит.

Не обманула... блять, она и вправду была девственницей! Он её первый? С ума сойти…

Понимание оседает внутри чёрной сажей. Понимание того, что больше не отпустит. Вырвет кадык любому, кто посмотрит в её сторону. И начнёт с того мудилы на серебристом корыте.

Моя…

Боль. Острая, расползающаяся по низу живота, боль. Он до сих пор внутри и не двигается. Распирает. Давит.

Спустя долгие секунды боль утихает. Но, как только брюнет начинает движение - всё возвращается.

- Ты же не думала, что я остановлюсь, да? Не сжимай меня так… - собирает губами одинокие слезинки, и плавно раскачивается, — сейчас пройдёт.

Сжимает хрупкие плечи, обводит пальцами ключицы. Спускается ниже.

Прикусывает скулу и сжимает ладонями грудь. Растирает соски, чувствуя, как Милана, наконец, расслабляется.

Вот так… моя Мили. Будь добра, кончи для меня?

Рука накрывает холмик, находя тугой бугорок. Начинает кружить пальцами вокруг него.

Она очень влажная.

Уже без проблем движется в ней."

"Милана пытается скрыть стон, прикусывая губу. Руки беспорядочно скользят по рельефной мужской спине. Дыхание учащается. Становится невыносимо жарко. Внутри все кипит и доходит до своего пика. Илья, не жалея терзает нежную плоть и пальцами и членом одновременно, до тех пор пока не происходит взрыв. Чувствует её пульсацию и еле успевает выйти из неё, рискуя излиться во внутрь. Кончает ей на живот и валится сверху на неё… мало.

Он хочет ещё. Хочет ещё раз почувствовать, как она кончает, крепко обхватывая его член. Ещё раз увидеть дрожащие ресницы и приоткрытый ротик. Илья хочет ещё раз, и в то же время понимает, что это слишком. Но остаться здесь на остаток ночи… он не может себе в этом отказать.

Глава 26

Это. Было. Больно.

И сейчас Мила думала вовсе не о том, что лишилась целомудрия этой ночью. И не о том, что её первым оказался тот, о ком она даже подумать боялась.