Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

***

Вран немного нервничал: в обед Маргарита закончила свое рукоделие и настояла, чтобы Вран обязательно надел жилет. Едва взяв его в руки, он ощутил тепло и ласку, исходящие от ткани. Жилет скользнул по рубашке и невесомо опустился на плечи. Узоры Рита вышила простые, но серебряная нить и черный жемчуг прекрасно сочетались и благородно поблескивали в свете свечей. Герцогиню одевала домоправительница - уже больше часа из спальни доносился ее воркующий голос. Сначала Маргарита пыталась сопротивляться: мол, причешусь немного, и сойдет, но решительная женщина быстро подавила сопротивление и утащила ее готовиться 'по всем правилам'.

Рита"

"Ууууу, не думала, что праздничное платье - это такой кошмар! Нет, сначала все было приятно: ворчащая домоправительница организовала ванну с душистыми маслами, в которой я чуть не уснула. Потом мне долго сушили и расчесывали волосы, что было довольно приятно. А вот потом... Ну вот привыкла я к простым льняным платьям под мантией! Даже свое потрепанное бельишко иногда надевала - верхнюю часть, поскольку корсеты шнуровать самостоятельно сложновато.

Но сейчас! На меня натянули тонюсенькую, как марля, но гораздо более мягкую шелковую сорочку с огромным вырезом на ленточке. Поверх - корсет, к счастью, до знаменитых семнадцати дюймов его утягивать не стали - просто сплющили им мои злосчастные ребра и успокоились. Дальше - больше. Писк сезона - отделанные кружевами панталоны, да еще расшитые розовыми бутончиками! Мама! Да у меня даже бабушка такие парашюты не носит! Чулки с подвязками я стерпела, мерзко подхихикивая про себя - свалятся, даже шагу не успею ступить.

Но эта женщина тут же прикрепила чулки маленькими шелковистыми петельками к панталонам, за прячущуюся в кружевах обтянутую тканью пуговичку! Облом! Потом пошли нижние юбки, причем шли они в обратном порядке - от самой короткой к самой длинной, пять штук! К окончанию процесса меня уже покачивало. Потом меня усадили к зеркалу, закутали простыней, дабы не испачкать то произведение искусства, которым являлся мой корсет.

И принялись укладывать волосы. Уууууу, каждая прядка тщательно расчесывалась, смазывалась отваром трав с ароматическими добавками и укладывалась точно на свое место. От шпилек и заколок голова становилась все тяжелее, в косы вплетались нитки черного жемчуга, а подвески из таких же ниток, только чуть крупнее, свисали с рукавов.