Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

- пораженно выдохнула девушка.

- Я понимаю, мозгоклюйка, что ты мне долго будешь это вспоминать...

- Я просила не называть меня так!

- Но ты же соответствуешь этому прозвищу, - он иронично изогнул бровь, намекая на ее упреки по поводу их сцепления.

Линнет стиснула зубы, но промолчала скрепя сердце, признавая, что в некотором роде мужчина прав, но не в ее правилах было прощать так просто, особенно когда его поступок так глубоко задел душу.

Неужели она настолько не подходила ему в качестве пары, что Грег так сильно сопротивлялся их сцеплению?

Этот вопрос грыз девушку изнутри, не позволяя забыться в пучине страсти и поверить его обещаниям.

- Прежде всего, я доктор и пол пациента не имеет для меня значения, - Линн вернулась к теме их разговора, не позволяя им ускользнуть на выяснения личных отношений.

- Что ж, а я очень ревнивый альфа, который против того, чтобы другие самцы находились возле моей пары!

Грег наклонился к супруге. Дыхание обожгло ее ухо, а властные слова вызвали внизу живота сладкий трепет.

В этот момент Линнет ощутила, как близко он находится. От этого каждое нервное окончание встрепенулось. Жар опалил кожу, пульс ускорился, и это не ускользнуло от обоняния оборотня. Он прижал ее бедрами к стене, надавливая своей твердостью, от чего Линн инстинктивно подняла ногу и обхватила его таз, лишь бы почувствовать этот волшебный натиск на ее влажной плоти.

Все остальное отошло на второй план - причина, по которой они спорили, место, где находились.

В руках своего зверя девушка загоралась словно спичка. Она теряла свое хваленное самообладание, но, к счастью, это состояние было обоюдным. Чем сильнее становилась связь, тем ярче вспыхивали чувства в Линнет.

Ласковые мужские губы прошлись от ушка по линии подбородка к ее мягким губам, которые она призывно приоткрыла. Грег грозно зарычал, прежде чем захватить их в свой плен. Алчный язык ворвался внутрь с видом хозяина, чтобы повторять это вторжение снова и снова. В этом поцелуе не было ни капли цивилизованности.

Только дикая, необузданная, первобытная страсть.

Таким Линнет его и любила.

Дверь скрипнула. Грег прекрасно знал, кто посмел прервать их, но благосклонность к преданной самке не позволила ему огрызнуться.

- Ой! - с фальшивым удивлением воскликнула Стейси.

Волчица слышала, чем супруги тут занимались, и, чтобы это не зашло еще дальше, специально ворвалась в коридор. В руках она держала поднос с чаем и печеньем для пациента.