Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Я демонстративно встала и поставила на зарядку телефон, который на самом деле разрядился. Включила его, и в телефон посыпался шквал сообщений о непринятых. Мама, папа, Слава, Ира, какие-то незнакомые номера, даже Маша звонила несколько раз. Я поставила на беззвучный, не желая отвечать на новые входящие и отправилась допивать чай. Он оказался на удивление вкусным и ароматным.

— И что даже не позвонишь мужу, чтобы сказать где ты?

— Зачем? Не хватало ещё к прошлой ссоре добавить и его ревность. Позвоню, когда надо будет.

— Ок. Делай как тебе будет лучше, но вот в полицию я бы на твоём месте обратился сегодня. Если муж бьёт — это насилие. И каким бы он ни был у тебя замечательным, за такое надо наказывать."

"Его слова попали в точку. И как я не пыталась взять себя в руки, предательские слёзы выдали меня с головой. Я раздражённо смахнула их. Саша подошёл ко мне и взял за плечи.

— Алиса, я не психолог. В душу лезть не собираюсь, но если нужна защита, ты скажи.

От его рук шло тепло, а в голосе прозвучали нотки теплоты.

Захотелось прижаться к нему, как раньше. Рассказать, как мне на самом деле плохо, что Слава изменил, а Маша предала, и мне совсем не хочется домой.

Мелодия о завершении стирки запиликала на всю квартиру, возвращая в реальность.

Глава 10

Его близость кружила голову. Я посмотрела на него и утонула в серых бездонных глазах. Я помнила, что они у него были необычными: когда злился — темнели, а когда всё было хорошо, превращались в ртуть и переливались металлическим блеском.

— Мне надо домой, — пробормотала я, заметив, как его взгляд опустился на мои губы.

Саша тут же отпустил меня. Надо было убираться отсюда поскорее, он действовал на меня, как укол адреналина, сердце начинало биться как бешеное, и грудь рвало от воспоминаний и давно забытых чувств. Я подскочила к машинке, вытащила полусухие джинсы и принялась их натаскивать на себя.

Скиф стоял молча, наблюдая за моими потугами. Влажная ткань тормозила и прилипала к коже.

Следом схватила футболку и унеслась с ней в ванную, надела, посмотрела в зеркало. От прохлады мокрой ткани грудь замёрзла, даже бюстгальтер не скрывал съёжившиеся горошины, которые проступали через ткань.

Ну ничего, накину куртку и ничего не будет видно.

Я вышла из ванной, окидывая коридор взглядом в поисках куртки.

— Саш, а где моя кожанка? — всё-таки спросила я, не найдя ничего похожего на неё.

— На тебе не было куртки.

— Блин.