Гвендолин (СИ) читать онлайн

– Да, Ингвар, – сдержанно кивает тот, внимательно осматривая испуганных пленников, а к нему присоединяется еще несколько воинов, среди которых и Сван.

– Тогда ведите старую Йорун, пускай принимается за дело, – приказывает Ингвар.

Сердце в груди начинает стучать, как сумасшедшее. Что за дело? Кто такая эта Йорун?"

"Некоторые из монахов тоже, как и я понимают язык варваров и теперь в волнении переглядываются друг с другом. Похоже, эти дикари решили принести нас в жертву своим кровавым богам?

Нервно сглатываю, припоминая страшные сказки, которые мне рассказывала Гертруда о жестоких воинах, приплывающих на своих драккарах, вырезающих целые поселения, продающих людей, как скотину на невольничьих рынках.

“Они не знают страха. И жалости не знают”, – говорила она. “В их глазах пламя войны, а сердце закованное в броню. Они поклоняются беспощадным богам-близнецам – Кату и Кате, и приносят им людские жертвы, окропляя землю кровью”, – невольно в голове начинает звучать тихий голос пожилой няни.

Передергиваю плечами, стараясь скинуть наваждение, и, внезапно, вижу перед собой жуткую старуху. Ее голову покрывает некогда красный, а теперь уже линялый платок, из-под которого торчат спутанные седые космы. Губы женщины раздвигаются в улыбке, открывая щербатые зубы.

– Начнем с этого! – указывает она на меня скрюченным иссохшим пальцем.

Глава 3

В страхе цепляюсь за руку Ульриха. Что эти чудовища собрались со мной делать? С нами всеми? Но меня безжалостно хватают за плечи и подталкивают поближе к ведьме, уже успевшей отойти к разожженному костру.

Она еще раз пристально вглядывается мне в глаза, и на минуту, нет на секунду, мне кажется, что она читает мои мысли, мою душу. В черных очах Йорун таится легкая понимающая ухмылка, которая, стоит мне только приглядеться повнимательнее, сразу же бесследно пропадает. Может мне это только показалось?

– Не бойся… мальчик, – говорит она скрипучим старческим голосом и достает из-за пазухи затертый полотняный мешочек с вышитыми на нем странными символами, которые хоть и отдаленно напоминают мне письменность викингов, но оказываются совершенно не знакомыми.

Старуха снимает с седой головы платок, аккуратно расстилает его на земле и опускается на колени. Затем, слегка встряхнув мешочком, высыпает на сей импровизированный стол округлые светлые камешки. Или не камешки, но в темноте не разобрать. На каждом таком кружочке нарисовано по символу.