Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Лорд Габорио семь дней не дожил до официального голосования по первому претенденту — биохимику Мастерсу, открывшему принцип геномодификации вакцины, что позволило побороть огненную лихорадку, варварку и резиновый паралич. Мастерс официально стал первым Перерожденным, вторым через три года выбрали Йована Радека, композитора, но он отказался, воспользовавшись прописанным в меморандуме правом.

Лин дважды избирался протектором, пока, наконец, не принял решение баллотироваться в сенат Республики. Партия поддержала его.

К этому моменту Конраду было уже сорок восемь, он перенес одно покушение (так и не выяснили — кто заказчик, Грейвс или Инесса Ваниш, к тому времени скончавшаяся от передозировки), отделавшись осколком в левую икру.

Наверное, он уже тогда все решил. Призрак приближающейся старости, ломота в раненой ноге по утрам, накапливающаяся с годами усталость — все это подтолкнуло его к окончательному выбору. Конрад Лин поклялся себе добиться Перерождения. Его нельзя было получить ни подкупом, ни шантажом — этическая комиссия сената позаботилась обо всем, оградив проект красными флажками контроля и внезапных проверок.

За честную работу техники проекта тоже имели право на Перерождение. Кара за нарушение пунктов меморандума полагалась жестокая — вычеркивание из списка кандидатов. Навсегда. Единожды оступившись, техник уже не смог бы восстановиться.

В первые годы после введения меморандума многие посчитали, что смогут подкупить персонал института — теперь уже Центра — евгеники или манипулировать результатами выборов.

Ни одна попытка не удалась, наглядно подтвердив: Перерождение можно только заслужить. Но политик местного значения и даже сенатор Республики вряд ли мог уповать на всенародное признание. Только будучи на вершине политической карьеры, на посту Первого консула, Конрад смог бы рассчитывать на Перерождение.

Путь Конрада Лина наверх из пологой кривой постепенно Превращался в вертикальный взлет.

На посту сенатора он пробыл два срока, поднявшись до ликтора — так по традиции называли председателя комиссии по безопасности, а потом и до главного трибуна.

Он обзавелся женой и двумя пухлощекими карапузами — неприлично политику в его возрасте ходить неженатым. Впрочем, особенного внимания семье Лин не уделял, довольствуясь в редкие выходные короткими выездами на пикник или в загородную резиденцию.

Блестящий оратор и популист, Конрад пользовался значительной народной поддержкой.