Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Вы могли сами положить эти вещи в моей спальне.

— И я же обвязала голову лорда Хедерингтона носовым платком?

Он побледнел:

− Э-э…

— Если мы рассмотрим его как следует, то увидим, что на нем вышиты ваши инициалы. Разве не так?

— Ладно. Пусть так. Я ударил его тростью. — Взгляд Эдмунда заметался, перебегая с одного лица на другое. — Но я его не убивал. Когда я уходил, он дышал.

Мускулы Гэвина напряглись.

— Есть какая-нибудь причина тебе поверить? В погруженном в полумрак холле наступила тишина, лотом Нэнси Хедерингтон прошептала:

— По правде говоря… есть.

— Солнышко. — Леди Хедерингтон протянула руку и дотронулась до дочери: — Нет!

Нэнси расправила плечи:

— Я… я приходила к папе много позже того момента, как закончились танцы. Его голова уже была перевязана, но я даже не спросила его, как случилось, что он получил рану. Я была слишком сердита. Я сказала ему, что не могу заставить себя выйти замуж за мистера Тисдейла. Я была готова сбежать, чтобы этого не произошло.

— С господином учителем французского? — с ухмылкой спросил Эдмунд.

— Да, — с жаром ответила Нэнси. — По крайней мере Пьер был живым и горячим человеком. И он меня любил. Он говорил мне о своей любви. Но папа сказал… папа сказал, что я молода и глупа и не должна путать девичьи грезы с тем, что необходимо семье, что деньги важнее любви и что меня вырастили так, чтобы я научилась выполнять свои обязательства. А потом он сказал… потом он сказал…

Нэнси разразилась шумными рыданиями:

— Он сказал, что не только выгнал Пьера, но и отправил связанным на корабле в Индию как домашнее животное.

Все потрясенно молчали. Потом голос Эдмунда нарушил тишину.

— Ладно, радость моя, — сказал он с облегчением. — Похоже, что у тебя было, больше оснований убить этого эгоистичного растленного типа, чем у меня.

— Моя дочь никогда не стала бы убивать своего отца. Ты сам растленный тип, Эдмунд. Обворовать моего мужа? И оставить умирать? — Она ударила его кулачком в грудь. — Убирайся! И никогда больше не возвращайся сюда! Ты больше не член нашей семьи.

Он отшатнулся от нее:

— Ты не можешь мне приказывать. Это не твой дом.

— Он мой, — согласился Гэвин. — Делай, как говорит моя сестра. Верни то, что украл, и убирайся. Я пошлю лакеев, чтобы они проследили за твоим отъездом.

— Я не убивала папу! — давясь рыданиями и прижимаясь к матери, закричала Нэнси.

Гэвин бросил на Эванджелину косой взгляд.

— Она этого не делала, — пробормотал он.

Эванджелина вздохнула:

— Знаю.