Греховный поцелуй читать онлайн

Ужасно было представлять другую женщину в его объятиях, ощущающую жар его плоти. Вот его щетина царапает ее кожу…

Постойте! Эванджелина покосилась на него. Нет, он побрился. Еще утром на его щеках темнела щетина, и одет он был не слишком тщательно, но сейчас, чисто выбритый, походил на самого модного из светских денди."

"Почему? Хотел казаться модным? С каких это пор? С того момента как решил провести день рядом со Сьюзен? Они оба принадлежали к высшему свету, но не Эванджелина.

И все же! Утром, заросший щетиной, он выглядел более естественным.

Теперь же он прятал свое нутро за безупречной внешностью и лоском, должно быть, для того, Чтобы следовать нелепому диктату светского общества.

Теперь и поцелуи его, вероятно, были бы другими. В них не было бы нежности его губ, смягчающей прикосновения жесткой щетины, будто оставляющей ожог на коже.

Теперь следующей, кто узнает вкус его поцелуев и будет разделять их с ним, окажется Сьюзен.

Эванджелина откинулась назад, чтобы видеть леди Хедерингтон. Ее глаза затуманились всего на мгновение, а потом взгляд снова сфокусировался на графине.

— Если он снова посмотрит на меня, — сказала Эванджелина смущенно, стараясь не сморгнуть, — не говорите мне. Я предпочитаю не знать.

Если леди Хедерингтон и сочла эту реплику странной, то виду не подала. Она больше ни слова не проронила по этому поводу и позволила Эванджелине остаток ленча провести с неуемными близнецами.

Не в первый раз Эванджелина пожалела, что у нее нет сестры. Нет кого-то, с кем она могла бы играть, смеяться или поддразнивать.

С сестрой она могла бы сбежать от отчима, вместо того чтобы совершить этот побег в одиночку. Одиночество есть одиночество. Вопреки собственному решению и воле, она оглянулась через плечо и содрогнулась, увидев, что мистер Лайонкрофт и Сьюзен глубоко погружены в беседу. И они-то не выглядели одинокими. О, почему, почему она сама не заняла это место, когда оно пустовало, если так сильно этого хотела? Потому что самопожертвование делало ее лучше? Ба! Самопожертвование никого не могло сделать благороднее, а ее сделало еще и одинокой. Обладать таким даром, как у нее, само по себе было тяжким бременем, но это бремя станет еще тяжелее после того, как она уйдет и обречет на одиночество единственного мужчину, с которым могла быть женщиной, а не ведьмой.

О! Он повернул голову. Эванджелина сделала резкое движение и снова занялась близнецами, и это продолжалось до тех пор, пока слуги не пришли убирать остатки пиршества.