Гранатовый дом читать онлайн

Как уже говорилось, сульфозин вызывал высокую температуру и сильную боль в местах инъекции, а от галоперидола сводило мышцы. Представить это нормальному человеку невозможно — адское сочетание.

После курса сульфозина и галоперидола поведение пациента полностью менялось. О противоречиях с властью можно было забыть — на это не хватало сил.

Сульфозин был изобретен в 1920-х годах австрийским врачом-нацистом Юлиусом Вагнер-Яуреггом. За это изобретение он даже получил Нобелевскую премию. Со временем в советской психиатрии «пирогенная терапия» станет одной из самых любимых и применяемых на практике.

После того, как температура поднимается до 40 градусов, человек начинает чувствовать лихорадку, он не может встать, не может пошевелиться. Это продолжается день-два. Если же такое «лечение» повторить, то это состояние может продлиться и неделю, и десять дней. И от человека уже ничего не останется…

Еще одним методом наказания был препарат аминазин. От него пациент чувствовал полное отупение, сонливость.

Со временем появлялись и новые медикаменты, которые могли оказывать очень сильное влияние и на здоровый мозг. Они легко разрушали волю, память, интеллект и имели физически болезненные побочные эффекты.

Сульфозин, аминазин пополнил и длинный ряд новоиспеченных нейролептиков.

С конца 1960-х годов политическая медицина в СССР стала медициной пыточной.

Даже от малых доз тизерцина человек впадал в странное состояние, сравнимое с параличем — тело его не слушалось, не двигался ни один мускул.

Голова его тоже переставала соображать. Полностью высыхали нос и горло, постоянно хотелось пить. Говорить было невозможно. При попытке встать пациент мог потерять сознание.

Нейролептик также притуплял и мышление, и круг интересов. У человека начинались серьезные провалы в памяти, часто он не мог даже вспомнить, как его имя, кто он такой.