Горький квест. Том 2 читать онлайн

 — По ней обязательно нужно было провести собрание в каждом органе внутренних дел, но, может, и в других комсомольских организациях ее тоже обсуждали. Правда, книга вышла в восьмидесятом году, но если Владимир Лагутин умер осенью восемьдесят первого, то почему бы нет…

Я вопросительно уставился на Галию. О том, что в СССР выходили огромными тиражами книги, якобы написанные Генсеком Брежневым, я знал, хотя и не читал этих произведений. Но о книге «Товарищ милиция» и ее авторе Чурбанове слышал впервые. Профессор поняла, что без объяснений тут не обойтись.

— Юрий Чурбанов служил во внутренних войсках, удачно подженился на дочери Брежнева, и за это его быстренько сделали генералом и заместителем министра внутренних дел, — сказала Галия. — А потом он решил стать писателем, не хуже тестя, и издал книгу. Писал, разумеется, тоже не сам.

Я развел руками.

— Как я могу возражать? Я вообще в этих реалиях ничего не понимаю. Вы — культуролог, Галия, вы специалист по жизни в СССР в семидесятые годы, вам и решать.

— Может, Луис Корвалан и Анджела Дэвис? — осторожно предложила Полина. — Если честно, то я больше ничего не помню. Ни один доклад не слушала, садилась всегда на самый последний ряд, открывала блокнот, якобы записывала, конспектировала выступление докладчика, а сама стихи писала.

— Стихи?! — изумился я. — Почему?

— Стихосложение прекрасно убивает время, — просто ответила Полина. — Даже если у тебя нет поэтического дара.

— Корвалан и Дэвис не пойдут, — решительно заявил Гримо. — Из них не сделать тему для доклада, из них можно сделать только лозунги для митинга. Поверьте мне как бывшему комсоргу со стажем. Да и парторгом я тоже был, кстати, так что опыт имеется.

На строгом лице Полины мелькнуло мимолетное отвращение.

— Значит, будем обсуждать Отчетные доклады ЦК КПСС очередным съездам партии, — подытожила профессор. — Это темы обязательные для всех. Съезды можете выбирать по своему усмотрению, главное, чтобы они проходили в семидесятые годы.

— Двадцать четвертый и двадцатый пятый, — уверенно подсказал актер. — Как раз два и получается. Двадцать шестой уже не вписывается.