Name: Год 1985. Ваше слово, товарищ Романов
Author: Юлия Маркова

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Руки его тряслись, и сам себя он ощущал дряхлым стариком, у которого впереди — ничего, лишь холод могилы. Он чувствовал себя так, будто его только что выпотрошили, вывернули наизнанку и еще хорошенько встряхнули несколько раз, после чего швырнули в мусорное ведро и накрыли крышкой.

Мысли его беспорядочно метались, словно муравьи в разоренном муравейнике. Никакое усилие воли не помогало упорядочить их и направить хоть в какое-то русло. Он больше не властвовал даже над своим разумом — опустошенным, не хранящим больше ни сладостных намерений, ни честолюбивых замыслов, ни выверенных планов.

Все это, точно гной из абсцесса, вскрытого твердой рукой опытного хирурга, выдавили из него люди Серегина, прежде чем бросить в эту камеру.

Никогда теперь не забудет Михаил Сергеевич жутких ледяных глаз той беловолосой стервы в мундире полковника МГБ сталинских времен, которая занималась его «потрошением» — это видение до конца жизни будет стоять перед его взором. Охотно можно поверить, что эта особа работала на самого кровавого тирана и лично подавала ему на утверждение расстрельные списки.

И, будто специально для контраста, рядом с этой стервой находились гестаповский майор герр Курт Шмитт и жандармский штаб-ротмистр Николай фон Таубе. То, что с Горбачевым делали эти трое, было хуже всяких истязаний, хотя они не применяли ни малейшего физического воздействия. Пытка ледяной ненавистью и презрением, а также муками совести, которая у комбайнера Миши Горбачева еще имелась в достаточных количествах… А потом в камеру, где шел допрос, привели гражданина Чебрикова, и началась очная ставка.

Те трое сделали что-то такое, незаметное, что у подследственных развязались языки. И не просто развязались — они, сжигаемые внутренним огнем, увлеченно начали топить друг друга, выгораживая себя. Адские муки — вот на что это было похоже…

«Адские муки, адские муки…» — Горбачев зацепился за это словосочетание и, шевеля губами, повторял его про себя тысячи раз, так что ему начало казаться, что оно дает ему некоторое просветление: мысли как будто притягивались и прилипали к этой фразе, выстраивая некую причудливую форму, совершенно несвойственную «рациональному мышлению» скептика и атеиста.

«Адские муки… — думал Меченый. — Как там говорят попы: когда грешник умирает, его душа попадает в ад. Без тела попадает. Там, в аду, мучениям подвергается именно душа. Теперь я понимаю, каким образом это происходит. Вот так и происходит, как было со мной.