Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Вооружившись этим термином, многие люди преследовали собственные цели: стремились провести нравственные, социальные или политические реформы, реализовать программы правых или левых партий, иногда с благими, но туманными намерениями, а иногда с довольно прозрачными и отнюдь не благими. Многие из подобных деятелей видели в евангелии просто собрание историй об Иисусе, который ходил по земле и старался, как мог, делать добро, правда, это повлекло за собой такой провал, как его преждевременная смерть.

А многие другие христиане в ответ на такую банальную и туманную интерпретацию вообще с негодованием отбросили так называемое богословие царства как устаревшую и банальную версию причудливого общественного самоусовершенствования. (Кое–где в США «царство» стало таким плоским девизом, который позволил вытеснить на периферию многие аспекты ортодоксальной христианской веры — а это, в свою очередь, вызвало у многих, считающих себя ортодоксами, отвержение любых социальных или политических аспектов евангелия и самих разговоров о «царстве».

Так путаница в наших умах приводит к искажению восприятия самого текста Писания.)

Тот факт, что иные люди или движения злоупотребляют «богословием царства», не означает, что за ним не стоит никакой реальности, для которой их идеи являются просто карикатурой. В евангелии мы находим нечто гораздо более глубокое. Здесь мы сталкиваемся со знакомой проблемой: как общественное служение Иисуса сочетается с Его жертвенной смертью? Как я с развернутой аргументацией показал в другом месте, сам Иисус никогда не думал, что «царство», которое Он осуществлял через исцеления, застолья и учение, может достичь полноты без его смерти.

Или, если взглянуть с другой стороны, я (как и другие) подчеркивал, что смерть Иисуса не была (и Он сам ее таковой не считал) чем–то отличным от дела созидания Царства, которому был посвящен короткий период его общественного служения.

Иисус не мог решить проблему зла, которая составляет грозный фон евангелия, с помощью исцелений, пиров и учения. И конечно, она осталась бы нерешенной, если бы Он просто указал последователям удобную дорогу на бесплотные небеса. Он мог ее решить только через смерть и воскресение — лишь таким образом Царство могло наступить и на земле, как на небесах. Это огромная и чрезвычайно важная тема, которую здесь мы не можем рассмотреть подробно.