Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

По ссылке иду и на его страничку... а там моей Вики даже больше, чем на её собственной.

С битой в бейсбольном шлеме.

С перебинтованной ногой на костылях.

И на руках у этого блондина, что смотрит на неё так, словно он выиграл приз в каких-то соревнованиях. Очень ценный приз.

Какой-то, мать его, Вячеслав Калашников. Один курс, годы обучения. И никого на его странице, кроме моей (моей!) Вики и не замечаю."

"- Что ты думаешь об этом Калашникове? - спрашиваю Полину, вспоминая, что она ещё на громкой связи.

- А ты?

- Что я убью его, если увижу ещё раз рядом со своей женой.

- А ты ревнивый, Алекс, - смеётся она.

- Я не ревнивый, - усмехаюсь так, чтобы она слышала. - Я склонный к мучительным сомнениям в любви, верности и полной преданности. А ещё мрачный и злой.

- Зато первый раз в твоём голосе такая уверенность, - я слышу, как она встаёт и идёт, постукивая каблучками по полу. - Она делает тебя сильнее, твоя жена. И знаешь что? Я сейчас приеду, чтобы отметить с тобой эту дату. Мне кажется, что три месяца для вас - это просто сумасшедший срок.

Ставлю свою машину на то, что у вас максимум три месяца, после того как она вернётся. Дольше вы рядом друг с другом не выдержите.

- А ты думаешь, она вернётся? - чуть не подпрыгиваю я на кровати, когда она озвучивает мои самые сокровенные надежды. - У неё на шесть месяцев рабочий контракт с круизной компанией.

- На шесть месяцев? Контракт? - переспрашивает она. И я не понимаю это «ого!» или «всего». И что вообще значат эти её вопросы, хотя удивление в голосе такое приятное.

- Я думала, она ушла потому что... - она осекается, - в общем, неважно, что я думала.

- Что она бросила меня, когда я потерял бизнес?

- Ну, - слышу, как блякает сигнализация машины, а Полина мнётся. - Сам подумай, как это выглядит со стороны. Бедная девочка, богатый мужик. Много секса, потом женитьба. И вдруг...

- Деньги резко заканчиваются, - продолжаю я её мысль.

- Да, и она рвёт отношения, но, заметь, не брак. А значит, на что-то надеется, выжидает. То есть обязательно вернётся.

И ты страдаешь, а она за два месяца даже не позвонила, значит, ей, возможно, всё равно. Прости, но я ничего о вас не знаю, для меня выглядит именно так.

- Да ты и правда ничего о нас не знаешь, - усмехаюсь я. - Так какая там, говоришь, у тебя машина?

- ЛэндРовер, Алекс. Принимаешь ставку?

- Подумать только, мой любимый размер, - снова откидываюсь на подушки. - Я бы поставил на «пока смерть не разлучит нас», но мне и поставить то нечего.