Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Их цель – Жизнеслав и только Жизнеслав.

– Думаешь получится?

– Не знаю… – после короткой паузы признался Бом – Не знаю… Но поверьте – так просто они не сдадутся. Они упертые так же, как и ты, Рос. Так же решительные как Кира-Кирея. Может не настолько безумны – в хорошем смысле слова – как Орб. Но Люц умен. Кроу… середнячок… мудрый работяга… Лори… эта ехидна никогда не теряет оптимизма и умеет зарядить весельем остальных. Молодежь, что пошла за ними… они неплохо обучены и тоже прошли через немалое – стоит только вспомнить будни тех же Мифа и Аму в подземном заброшенном городе… я когда слушал – аж слюной от зависти давился.

Да там все необычны! Люц тоже подобрал себе под стать… Короче – поверьте, придет время и мы, сидя в том трактире, что описал Рос только что, будем пить цифровое вино и с замиранием духа слушать про их приключения в мрачным приделах царства Аньгоры.

– Философ качок – припечатала Кирея, а затем навела палец на меня – Ностальгирующий нытик.

– Обидно – признал я.

– Честно – улыбнулся Марко и повернулся к нам широченной бугристой спиной.

– А яичница кончилась – повесила нос Кира – И гренки тоже…

– Я сделаю еще – улыбнулся я, вставая из-за стола – Заправимся еще чуток, потом тоже немного разомнусь… а там уже пора обратно.

– Мрак и смерть ждут нас! – воскликнула Кира, вздымая к потолку вагона последнюю гренку.

Так и не сумев призвать мятежный дух Орбита, продолжающего покорять Тропу Безумного Одиночки, мы еще разок перекусили, немного размялись, поглазели в затянутые дождевым туманом окна, послушали восторженные вздохи Бома-Марко о красотах Сибири, после чего убедили его, что за окном еще далеко не Сибирь и вообще до нее весьма неблизко.

Нна вопрос Бома о том, удастся ли нам искупаться в двойнике Великого Найкала, я, сдерживая зло шипящую Киру, гордо заявил что у нас как раз-таки оригинал расположен, а вот удастся ли в нем искупаться – надо спрашивать у нашего проводника и охранника Пал Палыча, что едет в соседнем вагоне.

Будто услышав, что о нем заговорили, старший охранник тут же заявился, задумчиво хрупая последними гренками выслушал нас и велел головы дурью не забивать – до Байкала еще далече.

На этой оптимистичной ноте мы вернулись в «каяки», как Пал Палыч начал называть игровые коконы и нырнули в куда более мрачный и страшный мир – даже и не думал, что изнанка мира Вальдиры окажется настолько гнетущей и даже жуткой.