Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Повезло оказаться не в теле какого-нибудь министра в Москве, а в шкуре провинциального коронера в тихой Феодосии.

Там, в столице, каждый твой шаг под микроскопом, каждое слово взвешивается, а цена ошибки карьера, а то и жизнь. А здесь… Здесь была свобода. Относительная, конечно, но все же.

Здесь я мог спокойно разбираться со своими проблемами, осваивать новые способности и строить свою жизнь заново, не привлекая лишнего внимания больших игроков. Достигать поставленных целей, не оглядываясь на кремлевские башни.

В каком-то смысле, эта ссылка Громова стала для меня настоящим подарком судьбы.

Хотя… самое перерождение после убийства уже подарок. Много ли кому выпадала такая честь? Сомневаюсь.

Когда с географической частью все стало более-менее понятно, я решил не откладывать в долгий ящик магическую практику.

Я откинулся в кресле, закрыл глаза и попытался последовать инструкциям гримуара. «Не смотри наружу, смотри внутрь. Почувствуй, как течет кровь по венам. Как бьется сердце. Как движется воздух в легких».

Сначала не было ничего, кроме темноты и шума крови в ушах и моего дыхания. Но я продолжал концентрироваться, отсекая посторонние мысли, погружаясь в ощущения собственного тела.

И постепенно, очень медленно, начало проявляться что-то еще. Это не было похоже на зрение. Скорее на новое, шестое чувство. Я начал ощущать… тепло. Не физическое тепло кожи, а внутреннее, глубинное. Оно пульсировало в районе солнечного сплетения — ровный, спокойный ритм. Моя психея.

Энергия души.

Я сосредоточился на этом ощущении. Тепло начало обретать форму, превращаясь в потоки, которые расходились от центра по всему телу. Я чувствовал, как энергия течет по рукам, доходя до самых кончиков пальцев, как она омывает внутренние органы, как поднимается к мозгу.

Это была моя внутренняя река жизни. Она была спокойной, но я чувствовал ее объем, ее силу. И одновременно ощущал ее границы — где кончается этот резервуар. Когда я открыл глаза, время перевалило далеко за полночь.

Я не заметил, как просидел несколько часов в такой позе, но ни ноги, ни руки, ни остальные части тела не ныли.

Тогда я еще немного попрактиковался со «зрением». Стоял перед зеркалом и «включал» и «выключал» его, стараясь почувствовать тратится ли на эти манипуляции моя энергия.

Но пока что мне удавалось понять одно — если она и тратилась, то настолько мизерно, что я не ощущал.

— Слышишь? — обратился я к книге.

— Я сплю, — отозвался гримуар.