Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Алиса смотрела, затаив дыхание, как он взял бледную руку Лидии и аккуратно снял с ее кисти длинную белую перчатку.

Затем он повернулся, подошел к Дмитрию Орлову и со всего размаха ударил его этой перчаткой по щеке. Хлопок прозвучал оглушительно в наступившей тишине. А следом — его голос, сначала тихий и ядовитый, а потом громкий и ясный на весь зал: «Я вызываю тебя на дуэль!»"

"Алиса слышала каждое его слово и это ее немного удивило. Она понимала, что оскорбление ее и Лидии, как его спутниц — это прямое оскорбление самому Громову.

Удар по его чести.

Но… Алисе казалось, что в его голосе и в этом жесте было что-то еще. Ей показалось, что Громову и вправду не понравилось то, как с ними обошлись.

Или всего лишь показалось?

* * *Мы с Дмитрием стояли посреди зала, буравя друг друга взглядами, когда тишину нарушил сухой, нарочитый кашель.

Я перевел взгляд с пьяного лица Орлова на источник звука. В проеме, ведущем из библиотеки, стоял мужчина лет шестидесяти. Седые, аккуратно подстриженные волосы, ухоженная борода эспаньолка.

На нем был темно-синий бархатный смокинг, надетый поверх белоснежной рубашки без галстука, и идеально сидящие брюки. В руке он держал бокал с чем-то янтарным. Он не выглядел рассерженным, скорее слегка утомленным, как хозяин, уставший от шумных гостей. Граф Муравьев собственной персоной.

— Это все замечательно, господа, — его голос был спокойным, но прозвучал на весь затихший зал. — Но никаких дуэлей в моем доме. Не хватало еще чтобы вы тут что-нибудь запачкали своей кровью.

Муравьев окинул сначала меня, а затем пьяного Дмитрия оценивающим взглядом.

— Секунданты у данных господ имеются? — его вопрос был адресован не нам, а всему залу.

— Я буду секундантом господина Громова, — тут же шагнул вперед Корней.

По толпе прошел удивленный шепот. Мастер Инквизиции в роли секунданта у опального коронера — это было событие.

Из-за спины Дмитрия выступил молодой аристократ. У него я не помнил ни то, что имени, а даже лица.

— Я секундант Дмитрия Орлова.

— Прекрасно, — сухо произнес граф.

— Тогда договоритесь о дате и месте встречи. А пока проводите Дмитрия, будьте добры, домой. Нечего портить людям праздник. Громов, подойди на минуту.

Затем он поднял глаза на замерший на балконе оркестр и сделал им ленивый жест.

— Продолжайте.

Скрипки неуверенно, а затем все смелее заиграли снова.

Я настороженно двинулся в сторону графа Муравьева, который продолжал стоять в ожидании.