Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— То есть, на мне обвинение в убийстве гражданских висит, а я ни сном, ни духом⁈

Командир встал и прошелся по комнате.

— Ха, — едва слышно выдохнул он, швырнув огрызок яблока в стену.

Полегчало не слишком. Но хоть все же…"

"А вот слова как-то не находились. В то время многие, так и, не найдя себя в мирной жизни, отправлялись под «списание». Просто потому, что случаев было действительно немало… самых вопиющих. Подразделения работали на износ. Психическая и моральная нагрузка была колоссальной… Многие не выдерживали.

Их сослуживцы действительно сорвались в одной глухой деревушке, куда они пришли по следам отступающего бандитского конвоя. Отчего-то Лом решил, что местные жители помогают злодеям с укрытием. Это было не так, но… К тому времени, как спецы в этом убедились, под пытками погибли несколько человек. Чтобы скрыть следы преступления, они зачистили всех. Тридцать семь гражданских.

Однако бойцы Лома не смогли сработать чисто. Скорее всего, причиной тому стало неадекватное эмоциональное состояние. Ликвидаторы отправились по их следам уже через шесть дней.

И достали почти всех. Рябчик и Гиля просто попали под замес. А потому, едва пришел сигнал на расформирование группы, Барон отдал последний приказ, прежде чем обрубить все ведущие к нему ниточки: залечь на дно.

Последние выжившие после «расформирования» ныне собрались в этой комнате. И теперь у них был шанс вернуть себе не доброе имя, до которого большинству, если честно, не было особого дела, но нормальную жизнь без необходимости вечно скрываться и оглядываться.

За такой приз стоило побороться. Даже если для этого придется дать Волконскому шанс убить их.

* * *— Не пущу!

Павел замер. От неожиданности. И от желания проверить сие заявление как в том старом анекдоте.

— А, может, гранату?.. — едва слышно задумался он.

Но тут же сам решил, что «а, может, там и нет никого!».

— Ты время видел⁈ — еще пуще разошлась женщина весьма солидных годов и телесных объемов.

Клановец медленно поднял руку и почесал затылок. Ну кто бы мог подумать… Цены тут вряд ли много ниже, чем в «Империи», а на «вахте», куда больше напоминающей лобби какого-нибудь далеко не самого последнего отеля, восседает такая же «церберша», как и в общаге «учаги» Фила.

Во всяком случае, если верить рассказам, то один в один.

Более странным смотрелось лишь ведро с древней на вид шваброй, стоявшее неподалеку от «ресепшена», вполне себе напоминавшего фойе дорогого отеля. И это притом, что, кроме них троих, никого рядом не было.