Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

– Полка нашего почти наверняка больше уже нет, надо же нам куда-то определяться! А там, глядишь, если этот Брайк действительно родственник нашего лейтенанта, может, примет его бывших сослуживцев!

– Поживём – увидим, – усмехнулся Лэйто, хотя было видно, что идея эта ему по душе.

Как мы видим, несмотря на то что судьба родного полка была им неизвестна, трое стрелков склонны были предполагать худшее. До сих пор они по общему молчаливому согласию обходили эту тему стороной, поэтому сейчас она впервые всплыла в разговоре.

Примерно зная, как развивались события вначале полномасштабного вторжения, как стирались с лица земли целые полки, а также предполагая, что их Пятый стрелковый наверняка был переброшен в самое пекло, ни Лэйто, ни его товарищи не питали особых надежд на то, что кто-то из их сослуживцев уцелел. Сам сержант нутром чувствовал, что лейтенант Брайк мёртв, равно как и весь остальной полк.

– Эх, так и подмывает сейчас выпить чарку за наших товарищей! – как бы невзначай произнёс Парк, при этом исподтишка наблюдая за реакцией сержанта.

Лэйто и сам внезапно почувствовал приступ какой-то грусти. Фамилия лихого командира «Ночных лисов» пробудила в нём воспоминания о хорошем человеке и даже друге, чьи кости, вероятней всего, догнивали сейчас где-нибудь на западе.

– Но только по одной! – многозначительно выставив палец в направлении Парка, произнёс он.

Оба солдата мгновенно просияли.

– Конечно по одной! – воскликнул Парк и тут же выскочил из-за стола.

Разумеется, нашлось много желающих поставить кружку вина доблестным солдатам его величества, так что вскоре чернявый коротышка вернулся, неся по две кружки в каждой руке.

Четвертая, разумеется, предназначалась Бину.

– Ну, за наших братьев! – Лэйто приподнял свою кружку в старом как мир застольном салюте.

– Да не надоест им веселье в Ассовых чертогах! – подхватил Пэрри, и его кружка также взмыла вверх.

Обычно бойкий на язык Парк в этот раз промолчал, безмолвно отсалютовав павшим товарищам. Также промолчал и Бин, которому, собственно, и нечего было сказать.

Так, помолчав несколько мгновений, все четверо, не чокаясь, пригубили кисловатое винцо местного разлива.

Лэйто оказался твёрд – несмотря на все прозрачные и не очень намёки Парка, одной кружкой дело и ограничилось. Более того, несмотря на хмель, разговор так и не вязался – какая-то меланхолия овладела подвыпившими бойцами. Поэтому вскоре все разошлись по комнатам, ведь впереди было ещё несколько дней пути по заснеженным разбитым дорогам.