Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Займусь этим сейчас же, – прибавил он, видя нетерпение в глазах товарищей.

***

К немалому удивлению Варана Тан Горбун был всё ещё жив, и даже вполне здоров, насколько это было возможно для человека, более пятидесяти лет ведущего разгульную злачную жизнь. Он по-прежнему проворачивал свои делишки в бедных кварталах и в силу преклонного возраста был ещё более горбат, чем прежде. Или, быть может, его клонило к земле чувство страха, ведь его вызвал сам мастер Варан. Горбун понятия не имел, зачем он мог понадобиться этому могущественному человеку, он даже не мог представить до сегодняшнего дня, что тот вообще может знать о его существовании.

В любом случае, Тан Горбун предполагал самое худшее, и потому сейчас отчаянно трусил.

– Я задам тебе вопрос, Горбун, – с ледяным пренебрежением произнёс Варан. – И постарайся ответить на него максимально чётко и полно.

– Д-да, ваша светлость, – пролепетал Горбун, низко кланяясь, так что его лицо всего фута не доставало до пола.

– Меня интересует один человек. Его зовут Сан Брос, но тебе он может быть известен по прозвищу Кол.

– Конечно, я знаю этого человека, ваша светлость, – огромное облегчение отразилось на лице сутенёра, когда он понял, что его вызвали не из-за собственных проделок.

– Ты знаешь, где он сейчас? – Варан говорил медленно, с непроницаемым лицом, пристально глядя в бегающие глазки Горбуна.

– В армии, ваша светлость, – старательно избегая этого взгляда, произнёс Горбун.

– Как – в армии? – Варан был настолько изумлён и огорчён, что на секунду даже вышел из образа грозного судьи.

– Да, ваша светлость, уж месяца два как, – закивал головой старик. – Как завертелось всё это на севере, и как начались дополнительные наборы – он и ушёл.

– Ты уверен в этом, болван? – с раздражением спросил мастер Теней.

– Да как же не быть уверенным, когда он сам мне об этом сказал! – всплеснул руками Горбун. – Он ведь, ваша светлость, подзадолжал мне деньжат несколько лет назад, да совсем спился, так что вернуть так и не смог.

Понятное дело, ещё и проценты набежали. В общем, я за ним присматривал, как вы понимаете, ваша светлость. А тут вот, где-то в начале месяца жатвы заявился сам, да вдобавок ещё и трезвый. И брезгливо этак швырнул мне кошелёк – вот, мол, мой долг с процентами, да ещё и сверху. И вправду, там оказалось даже больше, чем нужно. А я, мол, говорит, в армию снова ухожу.