Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

– Полагаю, ты имеешь в виду шотландское дело. Я думаю, можно с уверенностью сказать, что после казней в двадцатых об этой истории нужно забыть.

– Аманда говорит, что у ее новой подруги нет вовсе никаких политических взглядов, – сообщил Лэнгфорд.

– Но в ее статье описывается путешествие на восток от Глазго, где был эпицентр всех тягостных событий, – возразил Брентворт. – А ее пациенткой была жена тамошнего ткача. Она упоминает о его прискорбном отсутствии дома в течение последних нескольких лет и о судебных процессах.

Возможно, он был одним из перемещенных.

– И что, это имеет какое-то значение? Сомневаюсь, что она приехала в Лондон, чтобы кого-то убить, – с усмешкой сказал Страттон.

«Нет, она приехала в Лондон, чтобы украсть сотни акров моего наследства», – подумал Брентворт, стиснув зубы.

Лэнгфорд пристально посмотрел на него, и Брентворт мысленно поежился. С большинством других он бы не сомневался, что ничем себя не выдал, но друг слишком хорошо его знал и ухмыльнулся – точно сам дьявол, – и в его голубых глазах заплясали смешинки.

– На самом деле тебе плевать на ее политические взгляды, – заявил он. – Ты просто ищешь предлог интересоваться ею.

Брови Страттона взлетели на лоб, и он тоже уставился на Брентворта.

– Чушь, – отрезал тот. – Ты даже не представляешь, насколько ошибаешься. Твоя безрассудная одержимость собственной женой заставляет тебя думать, что все мужчины такие же идиоты, как ты, Лэнгфорд. Я не испытываю ни малейшего интереса к избыточно хладнокровным шотландским женщинам, получившим весьма своеобразное образование и воспитание.

А теперь… Не пора ли нам присоединиться к дамам?

– Избыточно хладнокровная? Вот как? Да ты уже потратил больше времени на изучение ее характера, чем на большинство других женщин вместе взятых. – С самоуверенной улыбкой триумфатора Лэнгфорд поднялся и направился к двери.

«Действительно потратил, но вовсе не по той причине, какую предположил Лэнгфорд», – мысленно проворчал Брентворт.

Глава 3"

"Дом на Сент-Эннз-лейн в Чипсайде вовсе не казался большим, но лондонские дома могут сильно удивить.

Некоторые из них, на вид узкие, с заднего фасада иногда растягивались на целый квартал. «Но вряд ли этот», – подумал Эрик Маршалл, герцог Брентворт. В конце концов, этот дом снимал всего лишь член парламента, причем не такой уж богатый.

Впрочем, вполне возможно, что дом был достаточно удобный для самого Ангуса Хьюма. И, конечно же, его частенько посещали всевозможные радикалы.