Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Заебал, — сухо произнёс я и перевёл ствол на полковника.

— Теняев!.. — начал он в своей манере, но пуля не дала ему договорить.

Ада смотрела на меня с полным недоумением и страхом. Неужели она решила, что станет следующей?

— Помогай, — буркнул я и подхватил тело Семецкого за подмышки. — Нужно успеть сбросить их в дробилку, пока они не очнулись.

Глава 17

Да как так-то⁈

Ни я, ни тем более Ада понятия не имели, какое количество времени уйдёт на заживление ран. Не знали мы и того, сколько простоят на паузе все остальные, а потому торопились как могли.

Но таскать трупы — задачка не из лёгких. Если кто-нибудь пробовал донести до дома мертвецки пьяного товарища, тот понимает о чём речь. Безжизненное тело будто наливается свинцом и не желает отрываться от пола. И это при условии, что я ни на день не бросал тренировки. Нет, понятно, что силовые упражнения — это совсем другое, но всё-таки я справедливо могу считать себя спортивным человеком.

А ещё кровь. Никогда бы не подумал, что из головы ее может натечь так много.

Видимо, сердце ещё какое-то время качало её по венам, в то время как мозг был уже мёртв. Липкая и одновременно скользкая субстанция, в которой мы вывозились по самые уши. Из-за чего тела постоянно выскальзывали из рук.

Пока мы вытягивали за ноги обоих покойников на улицу, уже взмокли, как мыши. Теперь их предстояло как-то загрузить в вездеход, который я подогнал ко входу цитадели. В голове промелькнула здравая мысль: натянуть костюм.

Но до него слишком далеко, и неизвестно, что произойдёт, пока я до него доберусь.

— Фух, блядь, — выдохнул я и смахнул рукавом пот со лба.

Наконец-то оба трупа разместились в багажнике. Ада прыгнула за руль и сорвалась с места так, словно за нами кто-то гнался.

Больше всего я боялся того, что дробилка попросту откажется перерабатывать управляющий персонал. Но она поглотила их быстрее, чем мы успели сказать «а». Всё было кончено. По крайней мере я так думал, пока не посмотрел на возлюбленную.

Не знаю, что в тот момент меня больше смутило: кривая ухмылка или жёсткий, сосредоточенный взгляд?

В тот момент, когда в дробилке скрылось тело Семецкого, в небе плавно растаял защитный купол. Его сияние поблекло, несколько раз мигнуло — и он окончательно исчез. Одновременно с этим лагерь наполнился звуками, снова зазвучал мат, к которому присоединился хохот. Похоже, люди даже не заметили того, что были обездвижены какое-то время.