Нет, этот волк делового мира все сделал тоньше. Он одел и самого Покровского, и всех техников, и вообще весь персонал, обеспечивающий мировое турне самолета, в специально разработанный и запатентованный им «костюм летчика» — из кожи, с молниями, кнопками, ремнями, стягивающими голенища щегольских сапог, со специальными «очками летчика» и так далее, и организовал продажу подобных комплектов везде, где проводились полеты. По последним подсчетам, он продал уже более шести миллионов «шлемов летчика», а также не менее миллиона курток и сапог и где-то полмиллиона кожаных галифе.
А об очках и шарфах, являющихся самым дешевым аксессуаром из всего комплекта, и говорить нечего. Но Кац всегда делился. Четверть его дохода шла в общую копилку, а десятая часть распределялась между теми, кто обеспечивал турне. Именно благодаря этому Покровский прибыл в Нью-Йорк, где его тут же попытались перекупить американцы, уже миллионером. Так что все их попытки пропали втуне. Нет, я не сомневался, что русский офицер, теперь уже штабс-капитан, Покровский и так бы отверг эти деньги.
Менталитет никуда не денешь. Русского в это время купить было почти невозможно. А уж русского офицера-то… Но как же ему, наверное, было приятно плевать на все их предложения! Чего сулят-то? Нешто у нас самих нету?..
Вечер закончился хорошо. Хотя когда все разъезжались, я поймал на себе несколько задумчивых взглядов. У меня с моими ближайшими соратниками уже давно, почти с самого начала нашей совместной деятельности, установилось нечто вроде негласного соглашения.
Естественно, они как наиболее близкие ко мне люди время от времени слышали от меня нечто, не слишком укладывающееся в существующие рамки и правила. Всякие там словечки, оговорки и прочее. Но все делали вид, что все идет как положено и вопросов у них нет. В число этих нестыковок входило и то, что их руководитель, как правило, был способен безошибочно предсказывать некоторые будущие проблемы. Не все, отнюдь не все. Но если уж он сказал, что будет так — так оно и будет.
И вот сейчас все они дружно готовились к войне, которую непременно должна была в этом году развязать Великобритания против бурских республик. Между тем год закончился, а никакой войны нет. И я не знал, что им ответить. Либо я просто не совсем точно запомнил сроки, либо… ситуация изменилась настолько, что никакое мое, пусть и довольно скудное, но вроде как имеющееся послезнание уже не работает. Мир изменился.
