Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Рон встревоженно посмотрел на нее, потом обернулся к Гарри:

— Куда теперь?

Гарри кивнул на Фоукса — тот полетел вперед, заливая все вокруг золотистым светом. Они пошли за ним и через минуту оказались перед кабинетом профессора Макгонагалл.

Гарри постучал и толкнул дверь.

Глава 18

ДОББИ ВОЗНАГРАЖДЕН

Когда четверо подземных странников — Гарри, Рон, Джинни и Локонс — с головы до пят мокрые, грязные, а Гарри еще и весь в крови, вошли в кабинет, все, кто там был, ошеломленно замолчали, но тишина в тот же миг взорвалась воплем:

— Джинни!

Увидев дочь, миссис Уизли, сидевшая в слезах перед камином, вскочила, за ней — мистер Уизли, и оба бросились к дочери.

Но Гарри смотрел не на них — у камина стоял, улыбаясь, профессор Дамблдор, рядом — профессор Макгонагалл, она тяжело дышала и держалась за сердце. Прошуршав крыльями возле уха Гарри, феникс опустился на плечо Дамблдора, а Рон с Гарри по очереди очутились в крепких объятиях миссис Уизли.

— Вы спасли ее! Спасли! Как вы это сумели?

— Нам всем очень бы хотелось это узнать, — произнесла профессор Макгонагалл утратившим обычную твердость голосом.

Миссис Уизли выпустила Гарри и тот, мгновение поколебавшись, подошел к столу и выложил Волшебную шляпу, меч, украшенный рубинами, и жалкие остатки дневника Реддла.

А потом он заговорил. Около четверти часа в полной восхищения тишине он рассказывал о том, как услышал бесплотный голос, и Гермиона одна поняла, что это голос василиска, ползавшего по трубам внутри толстых стен замка, как они с Роном пошли за пауками в лес и Арагог поведал им, где умерла последняя жертва василиска, как они догадались, что Плакса Миртл и есть эта жертва и что вход в Тайную комнату не где-нибудь, а в ее туалете.

Гарри замолчал, чтобы перевести дух.

— Замечательно! Итак, вы отыскали вход, при этом — не премину добавить — нарушив вопиющим образом сотню школьных правил. Но как же вы оттуда выбрались живыми, Поттер? — Макгонагалл сгорала от любопытства.

Тогда Гарри, уже охрипший от разговоров, принялся рассказывать о своевременном прибытии Фоукса и о том, как шляпа-сортировщица дала ему меч. Но тут голос его дрогнул. До сих пор он избегал упоминания о дневнике Реддла и тем более о Джинни. Сама Джинни была рядом, прижавшись к матери, и слезы безостановочно бежали по ее щекам.

«А вдруг ее правда исключат? — подумал Гарри в смятении.