Гарри Поттер и узник Азкабана читать онлайн
- Жанр: Книги о приключениях для детей и подростков
- Рейтинг: 0 баллов
- Мнений: 0 мнений
- Просмотров: 1 чтение
Текст книги
Гарри выбрал место в самом конце класса и все равно чувствовал, как будто на него направлены огни рампы — то и дело ловил на себе чей-нибудь взгляд. Уж не ожидают ли однокурсники, что он в любую минуту может упасть замертво? Он почти не слышал, что профессор Макгонагалл рассказывала про анимагов — волшебников, которые могут по желанию обратиться в зверя. И даже не смотрел, как она превратилась у всех на глазах в полосатую кошку с заметными следами от очков вокруг глаз.
— Что сегодня такое со всеми вами? — спросила профессор Макгонагалл, приняв под звук легкого хлопка свой обычный облик.
И хотя все взгляды опять обратились к Гарри, класс как в рот воды набрал. Гермиона подняла руку.
— Дело в том, профессор, что у нас первый урок был прорицание, мы гадали по чаинкам. Ну и…
— Ах, вот оно что! Тогда все ясно. — Макгонагалл нахмурилась. — Можете, мисс Грэйнджер, ничего больше не говорить. Так кто же в этом году должен умереть?
Опять молчание.
— Я, — наконец сказал Гарри.
— Ну что ж! — Макгонагалл буравила Гарри взглядом. — Так вот знайте, Поттер, Сивилла Трелони с первого дня появления в школе ежегодно предсказывает скорую смерть одному из студентов. Никто, однако, до сих пор не умер. Знакомство с классом она начинает с предзнаменований смерти. Очень это любит. Я никогда не говорю плохо о моих коллегах. — Профессор умолкла, и ноздри у нее побелели. Справившись с собой, она продолжала: — Прорицание — самая неточная ветвь магических знаний.
Макгонагалл опять умолкла и затем обратилась к Гарри своим обычным деловым тоном:
— Вы прекрасно выглядите, Поттер. Так что не будьте на меня в обиде, если я не освобожу вас от домашнего задания. Но не сомневайтесь, в случае вашей смерти выполнять его не обязательно.
Гермиона рассмеялась. Гарри стало легче дышать.
— Но ведь Невилл все-таки разбил чашку! Как это объяснить?
Урок трансфигурации окончился, и гриффиндорцы вместе со всей голодной публикой устремились в Большой зал.
— Да успокойся ты, Рон.