Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

С соседних мест на нас смотрят два бородатых чучела в банданах и шипастых куртках.

— Эй, бармен! «Большого колокола» на троих! — как рявкнет Катюха.

— На двоих. Мне мартини, — расплывается в улыбке Лера, поправив подругу. Она подныривает под мою руку и прижимается к боку.

Бармен берет кружки и подставляет их под краны. Пенящийся напиток наполняет емкость. Тем временем чучела уже не стесняясь разглядывают пышную грудь Леры. Понимаю их. Она красотка на сто баллов. Дворяне на парковке тоже глаз не могли оторвать. Но вот раздевающие сальные взгляды байкеров меня, если честно, подбешивают.

Надеюсь, они сами подойдут. Не хотелось бы спускать такое.

Вскоре бармен приносит напитки. Без особой надежды делаю глоток пивасика. Мои глаза удивленно округляются. Не ожидал такой вкусноты. Крепкий, насыщенный и 'брутальный"".

Катя смотрит на меня с хитринками в глазах:

— Я же говорила — лучший в городе, — с наслаждением она отпивает пиво. — Теплый и гладкий привкус делают это пиво идеальным вариантом для любой погоды за окном.

Лер, ты бы тоже попробовала.

— Ну если только из кружки Дани, — смеется рыжая фифа.

Я даю ей глотнуть, но она не оценивает пивас и продолжает цедить мартини через трубочку. Тем временем два чучела встают и направляются в нашу сторону. Быстро прикидываю варианты, к чему прицепятся. Выходит, что только к столу. Скажут, что это их личный или как-то так.

— Пацан уходит, девушки остаются, — гремит одиниз мужиков, сжав пудовые кулаки.

А нет, ошибся. Они решили без прелюдий обойтись.

— Почему же остаются? — возражает другой и ржет. — Девушки тоже уходят, но уже с нами двумя!

А этот с юмором. Смотрю задумчиво на верзил. Применить телепатию, чтобы отвалили? Или всё же размазать их за грубость по полу?

— Ты чо, тупой⁈ — чучело хватает меня за ворот школьной рубашки. — Ну сам напросился?

Он забирает со стола мою выпитую кружку. Взмах, и посудина летит мне в голову.

Глава 24

Привезли

Кружку чучело не доносит до моей головы. Посылаю псионический сигнал, и байкер отпускает ручку на самом пике замаха.

Стеклянная посудина падает на пол и катится к барной стойке.

— Нехорошо бить сидящих, — хмыкаю.

Впрочем я и не встаю. Лишь резко выпрямляю ногу, и бородач падает с переломанным коленом. Он хрипит и стонет, а его товарищ застывает в ошеломленном состоянии.

— Даня, позволь разобраться с этим, — Катя вскакивает пружинисто и плавно, словно кошка.

Я пожимаю одним плечом. Скучно вышло. Бородач оказался слабаком, даже не заметил моего удара.