Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Шондра же выглядела так, будто её переехал броневик — глаза красные, лицо зелёное, выражающее предсмертные муки.

Понятно. Последствия вчерашних посиделок с Лексой.

— Доброе утро, капитан, — прохрипела она, и мне показалось, что её голос звучит из глубин ада.

— Отлично выглядишь, Шони, — прыснула Синичка и выдвинула для себя стул. — Урок на будущее — не надо пить со мной наперегонки. Я снова победила, как и в тире.

Сил возразить у турельщицы не нашлось. Она просто положила руки на стол и угнездила голову сверху.

Не сомневаюсь, что та срочно просила гильотины.

В этот момент двери разъехались, и в столовую ворвалась Сэша, буквально таща за руку растерянную Ди-Ди.

— Кити-кити! Мы пришли! — радостно объявила ангорийка. — С добрым утречком всех!

Она тут же подскочила и чмокнула меня в щёку.

После чего отодвинула стул и почти с материнской заботой пригласила:

— Ди-Ди, садись!"

"Механик ошарашенно моргнула, явно не понимая, за какие заслуги ей оказана такая честь.

Саша похлопала по сиденью.

Долорес сдвинула брови, выдвинула другой стул и села.

Кошечка не расстроилась, убедилась, что Ди-Ди села удобно, и только потом примостилась рядом…

Начала повязывать механику салфеточку. Та сопротивлялась.

Лекса подняла бровь:

— Что происходит? Это какая-то новая игра или ты решила устроиться прислугой, кошечка?

Сэша гордо подняла нос:

— Я просто забочусь о подруге!

Ди-Ди выглядела так, будто хотела провалиться сквозь пол.

— Сэша, перестань, я сама могу…

Но ангорийка продолжала суетиться вокруг неё, поправляя салфетку и пододвигая приборы.

У меня возникли некоторые мысли на счёт такой заботы.

И тут из проёма, ведущего на кухню, грациозно выплыла Кармилла.

Это зрелище заставило бы любого на секунду потерять дар речи.

Поверх своего обычного, вызывающе-откровенного наряда она надела девственно-белый кухонный фартучек с рюшами.

Блин, я и забыл, что выписал ей наряд на кухню… Молодец, исполняет…

Во всех смыслах…

Её длинные белые волосы жили своей жизнью.

Они змеились в воздухе, словно послушные щупальца, и с неестественной грацией держали на весу тарелки с завтраком.

— Доброе утро, мои дорогие! — пропела она голосом, сладким как патока. — Ой, Лексочка, ты такая уютная, в халатике. Осваиваешься? Молодец! Нечего стесняться!

Когда она проходила мимо, я заметил, что кроме корсета под фартучком ничего нет… Кроме маленьких чёрных стрингов. Обе половинки вампирской задницы блестели как начищенные пушечные ядра.