Мы с Алисой ехали в троллейбусе, было поздно. Она задержалась в агентстве… Это проклятое увлечение совершенно лишило ее здравого смысла. Я… следил за ней. Низко, гадко… я знаю! Но я не мог совладать с собой… Я ревновал, я следил, признаюсь! Я дошел тогда до последнего предела, как мне казалось. О-о! Я жестоко ошибался!
Глеб замолчал, собираясь с мыслями. И продолжал уже более спокойно:
- Да… Она задержалась, и я решил проводить ее домой, в Медведково. Я… рисковал: Алиса могла догадаться, как я очутился рядом с агентством.
И она догадалась. Начала обвинять меня в том… в том… В общем, она была права - я действительно следил за ней! Я был в отчаянии… умолял ее… Впрочем, это к делу не относится. Так вот, я объяснил свой поступок беспокойством о ней, но Алиса… она умела быть безжалостной. Я предлагал ей деньги на такси, чтобы она не возвращалась домой одна в темноте по ночному городу. Алиса отказалась. Мы доехали до ее остановки… вышли. Вокруг не было ни одного прохожего. Мы шли по тротуару, и наши шаги повторяло слабое эхо… В проходе между домами стояла компания обкуренных подростков.
Когда я их увидел, возвращаться назад было уже поздно. Они тоже нас заметили… Мы приблизились, и они окружили нас со всех сторон, начали смеяться, делать грязные намеки. Им понравилась Алиса. Они начали лапать ее… говорить непристойности… а на меня не обращали внимания. Один из них сказал: «Иди отсюда, пацан, пока цел! А с твоей телкой теперь мы поразвлекаемся». Алиса закричала, я бросился на них, но это было просто смешно и нелепо.
Их было много, а я один. Я почти сразу упал… и не видел, что они делают с Алисой, только слышал ее крики… В этот момент и появился он. Вернее, подъехала его машина - черный призрак в черной ночи, - остановилась. Из нее вышли два здоровенных вооруженных телохранителя… один из которых выстрелил в воздух. Подростки сразу разбежались… Я понимаю, что был жалок… не смог защитить свою девушку. А он, напротив, был великолепен. Он победил в этой безнадежной для меня ситуации, и победил легко, красиво.
«Блестяще!» - как любит говорить Алиса. Он покорил ее этой победой, и она уже ничего больше не замечала. Если бы не он… страшно представить, чем могла закончиться та ночь. Хотя… теперь уже все равно.
Смирнов хотел переспросить, что Глеб имеет в виду, но раздумал. Пусть парень выскажется, а там видно будет.
- Он затмил для нее все вокруг… - продолжал Конарев, нервно вздрагивая. - Стал ее кумиром - вне конкуренции, вне критики.
