Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Как давно ты связывалась со своей матерью?

Сима удивленно посмотрела на Ершова. Она и думать забыла о пыльном чердаке, о доме, где ее держали за прислугу, о женщине, которая не чувствовала к ней ничего, кроме злости. К чему Ершов вспомнил о ней, Сима не знает.

— Давно.

— Я наводил справки. — Ершов смотрит на Симу поверх чашки с чаем. — Хочешь узнать, как она поживает?

— Нет.

Сима говорит это с твердой убежденностью. Если раньше ей иногда становилось любопытно, то сейчас уже и любопытство прошло.

Что ей до женщины, которая предала ее? Пусть живет, как знает.

— Дмитрий Васильевич, а это точно установлено, что мальчик убил?

— Да я сам удивился, но на молотке найдены следы крови капитана Семенова, а в квартире Тимофеевых обнаружен моток проволоки, совпадающей с тем куском, которым удушили старуху Смалькову. Так что здесь никакой ошибки. Хуже всего другое… Ни у кого из фигурантов я не увидел ни следа раскаяния. Ну, сожалеть о шантажистке невозможно, тут где-то можно понять.

Но то, что они пытались подставить тебя? А Семенов? В общем, вроде бы и люди — не маргиналы, но это такое днище, что… Ладно, мне пора. Рад видеть, что ты выздоравливаешь.

Он подхватил свой портфель и вышел, а Сима решила, что хватит лежать. Милош прав, нужно как-то жить.

Достав из шкафа сумку, Сима вытрясла на покрывало ее содержимое. Хотя сумка была в рюкзаке, на нее осела пыль и сажа, и Симе захотелось отмыть сумку, да и порядок надо навести.

Вместе с документами, косметичкой и парой шоколадных батончиков на кровать выпал оранжевый контейнер от киндер-сюрприза.

Сима непонимающе уставилась на него — она точно помнит, что не покупала шоколадные яйца, шоколад в них ей не нравился. Но контейнер тем не менее был у нее в сумке, как ни крути.

— Стоп! — Сима вспоминает сухой пыльный песок у могилки Сэмми. — Это я в песке нашла!

Сима берет в руки контейнер и понимает, что он не пуст — тяжелый, чем-то наполненный, он лежит в ее ладони, как яйцо со смертью Кощея.

Сима открывает его, и ей в руки сыплется тонкая цепочка и тонкий цилиндр из блестящего металла. Одним концом он прицеплен к цепочке, а второй, чуть побольше в диаметре, матово поблескивает, и на его поверхность нанесены какие-то знаки.

— Я думала, ты будешь больше… — Сима взвесила в ладони свою находку. — Но, конечно, гнездо в корешке книги небольшое.

В ее ладони лежит Ключ от Пространств.

Реутов дремал в машине.