Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Люблю нал за то, что в любой момент можно бросить на стол пару купюр и свинтить в закат, не дожидаясь, пока тебя рассчитают по карте. – Я не по этой части. Соррян, Баха.

Я давно не по этой части. Опуститься на дно я всегда успею."

"Запускаю двигатель. Надо менять тачку. Я поначалу не мог понять, почему она так резко перестала меня устраивать. А спустя пару недель дошло – в ней больше не пахнет Лалой. Остатки ее аромата выветрились после химчистки салона. О которой я, блядь, не просил. Мне ее в подарок к полировке кузова сделали.

Как очень дорогому клиенту. Окей, сделали и сделали. Но именно с тех пор мысль о том, чтобы поменять тачку, стала навязчивой. Ну и что, что ей года нет? На что еще мне тратить деньги? Лала явно дала понять, куда я могу свои подарки засунуть, а кроме нее не на кого. В общем, к покупке вроде не было никаких препятствий. Но вот аромат выветрился, да, а воспоминания-то остались! Можно повернуть голову на светофоре, прикрыть глаза и представить, что моя лялька сидит рядом. Смеется, забравшись с ногами на сиденье.

Или пальчиками тычет в дисплей, выбирая очередной трек в тему. И как ее ладошка гладит мою лежащую на коробке передач руку.

Сам того не осознавая, рулю к лялькиному нынешнему дому. Любовь – это тоже зависимость. Может, похуже всех других. От нее не хочется избавляться, потому что всегда остается надежда, а вдруг? Вдруг простит, и все хорошо закончится? Вот я и тянусь за новой дозой.

Притормаживаю. Вечер. Она наверняка уже дома. Пусть в кухне с гостиной свет не горит, Лала может находиться в спальне, окна которой, как я понял, выходят на другую сторону.

И чего сижу? Как дворняга за ней бегаю. Знаю ведь, что даже если Лала меня увидит, просто мимо пройдет.

Откидываюсь на подголовник. Прикрываю глаза, как вдруг пассажирская дверь открывается.

– Привет.

– Привет. Забирайся, – машу рукой, не веря, что лялька по доброй воле ко мне пришла. Впрочем, решимости в ней – никакой. Оглядывается затравленно по сторонам. Медлит, постепенно выстуживая салон. Но потом все ж забирается и садится, сложив на коленях руки.

– Ты чего выскочила? – хриплю.

– Хотела тебя попросить…

– О чем? То есть, конечно. Ты же знаешь, Лал. Все что угодно. Только скажи.

Попросить. Это же что-то хорошее, так? Внутри щекоткой – волнение. А в уши долбит LYRIQ на пару с Zivert:

Ты нас убила, или я?

Ты нас убил, или я?

Ты нас убила…

Как ты красива…

Смешно, но благодаря ляльке я стал разбираться в гребаной попсе. Раздраженно жму на кнопки, вырубая звук.