Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

- Дай.

Мама и в самом деле легонько шлепнула ее, а попав взглядом на Виктора, засмеялась:

- А ты что выставился?

И той же рукой подхватила полотенце и, слегка приподнявшись, вытерла его напряженное мужское хозяйство, потом бедра и коленки. Деловито, по маминому.

- Приляг, Витя, все уже хорошо."

"Но он только придвинулся поближе к Иринкиной спине и осел на голени. Перенесенный испуг отнял у него речь и соображение.

- Как мне было здорово… Никогда так раньше не было. Что это, не знаешь? - снова зашептала Ирка.

Елена Андреевна только нежно поцеловала ее в лоб.

- В тридцать три года впервые такое испытать… У тебя так было? С папой?

- Давно это было… Я уже не помню всего.

- Помнишь. Я знаю.

Помолчав еще с минуту, она опять зашептала:

- Я как увидела Витьку на тебе, как он озверело тебя оседлал, так у меня там внутри все так заныло… а потом заклокотало все… как в кипящем котле… И так сразу захотелось… просто невыносимо. Еле дождалась, пока ты спустишь… Как хорошо, что ты теперь рядом с нами.

Я бы так никогда такого и не испытала… Тебе с ним ведь тоже очень хорошо, правда?

- Правда.

- Он сильный. А ты не подслушивай! Ляг лучше, обними нас… Ой! Угомони его! Он уперся мне в попку…

- Конечно. Ваши ладушки насытились. А он теперь как сирота.

- Пусть потерпит немного. Совсем не насытились… Еще умолять будет, чтоб отпустили…

Они весело захихикали.

- Как здорово, - радовалась Иринка. - Я теперь буду заставлять вас все это повторять. Может у меня еще так получится.

Она уже не дрожала.

И даже стала поигрывать своей мокрой попой.

- Всем в ванную! Под душ!

Они умывали маму вдвоем, хотя та пыталась сопротивляться. Потом снова уложили ее голую на кровать и игрались всеми ее прелестями. И она не сопротивлялась, только смеялась над их любопытством, и даже сама озорничала, показывая, как она что-нибудь умеет. Она была удивительно гибкая, и не только для своего возраста. Она умела достать пяткой до своего затылка. И ложить скрещенные голени себе на грудь. И мостик.

И шпагат. И забавно шевелить своими колированными, но совсем не переспевшими губчиками, словно крылышками…

- Так во-о-т чем ты занимаешься по ночам!

- Я с детства такая, ты же знаешь.

- Так то детство… а за сейчас я не знала… Честно. Почему ты от нас скрывала?

- Ну, вот еще. Демонстрировать, что ли, должна была? Как ты себе это представляешь?

- Сейчас же можешь.

- Сейчас другое дело…

Елена Андреевна намеревалась что-то добавить, но внезапно осеклась.