Ермак читать онлайн

Самоцветы на шитье и крыжах сабель так и манят. У каждого наготове дорогая соболья шуба, — такие наряды впору и думному дьяку!

Казаки разместились в широких расписных санях, разубранных бухарскими коврами. Три тройки, гремя бубенцами, двинулись по кривым московским улицам в Кремль. Поезд сопровождали конники-боярские дети, окольничие, пристава. А позади бежала восторженная толпа и кричала:

— Ай да казаки! Буде здравы, воители!

Иван Кольцо сидел на передних санях, лихо заломив косматую шапку с красным верхом.

Из-под шапки-русый чуб волной. Глаза быстрые, зоркие. Московская молодка, зардевшаяся от мороза, загляделась на бравого сибирца:

— Провора!

Ямщики гнали серых напропалую. Пристяжные изогнулись кольцами, рвали, храпели, — казалось, истопчут всю вселенную.

— Ай, и кони! Ай, и гривачи! — похвалили в толпе.

Хлопая теплыми рукавицами, купцы перекликались:

— Торги, поди, пойдут бойчее. Сибирская рухлядь, сказывают, нельзя лучше!

— Э-гей, сторонись! — крикнул передний ямщик, и людская толчая перед Никольскими воротами шумно раздалась, тройки вихрем ворвались в Кремль.

Следом закрутилась метель. Вот Ивановская площадь, на ней-приказы. Подле них всегда вертятся жалобщики, ярыжки, писчики с чернильницами на поясах, с гусиными перьями за ухом. Этакие вьюны любую кляузу за грош настрочат на кого хочешь.

Двери посольского приказа с превеликим скрипом распахнулась, в лицо ударило душным теплом. Иванко Кольцо степенно вступил в палату. Они была огромная, грязная, полы немыты, всюду обрывки бумаги, рогожи, сухие корки хлеба.

Видимо никто и никогда не убирает горниц. Атаман потянул носом, поморщился и не утерпел, сказал:

— Фу, какая кислятина!

Юркий приказный с хитрым прищуром глаз бойко ответил:

— Московские хлеба, не сибирские. Надо бы гуще, да некуда! — и развел руками."

"Атаман сердито посмотрел на ярыжку, но в эту пору тяжелые резные двери распахнулись, и выросший на пороге кудрявый боярский сын провозгласил:

— Послов-сибирцев думный дьяк великого государя просит жаловать для беседы! — он низко поклонился и отступил.

За большим дубовым столом, в тяжелом кресле сидел вершитель посольских дел, думный дьяк Михаил Васильевич Висковатов. Широкоплечий, бородатый и румяный, он весело уставился в казаков, неторопливо поднялся и пошел им навстречу. Иванко быстро обежал глазами горницу. Широка, но своды низки, слюдяные оконца узки и малы, зато покрытая цветными изразцами печь занимает весь угол.