Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

В себя я прийти смог лишь тогда, когда перед глазами замаячила задумчивая физиономия Тара. Он по-прежнему что-то пытался рассмотреть во мне, но я лишь внутренне скривился.

— Чего уставился? — с холодком вопросил я, а после кивнул головой в сторону трапа. — Катись давай.

— Да ты еще тот добряк, как я погляжу, — хмыкнул весело иномирец, а после на моё скрытое изумление протянул мне руку. — Спасибо…

Пару мгновений я так и стоял, размышляя над таким жестом, а после нехотя пожал ладонь.

— Проваливай уже, — тяжело выдохнул я, закатывая глаза.

— Думаю, мы еще увидимся, — тихо рассмеялся парень, медленно отстраняясь прочь.

— Буду молит Сущее, чтобы этого никогда не произошло, — не остался я в долгу, но в ответ смех стал только громче.

Пару минут мы стояли и наблюдали, как воздушное судно удаляется прочь, а еще через минуту оно полностью растворилось в вечерних облаках.

— Проклятье! — вдруг выпалил негромко Ганграт, когда мы уже находились на границе Среднего и Верхнего города. — Я своими собственными глазами увидел сына иномирного хранителя!.

. Не верится даже.

— Не нужно так орать, — остудил его пыл падший серафим, поспешно оглядываясь по сторонам. — Говори тише.

— А кто-то еще успел с ним подраться, — подлил масла в огонь Рамас, а затем своим затылком я ощутил, как вся четверка с насмешливым видом уставилась мне в спину.

— Послышалось, что ли? — мрачно изрёк я, медленно поворачиваясь в их направлении. — Или прямо сейчас вы захотели дополнительных трениро…

Однако довести свою речь к задуманному финалу я не успел, потому как в сознании стал зарождаться настоящий ураган.

Голова попросту трещала по швам. От наплыва знакомой агонии тело невольно пошатнулось и припало на левое колено. Из-за невыносимой пытки дрожащие руки сами схватились за голову, потому как терпеть подобное стало невыносимо, а из горла вдруг вырвался кашель с диким хрипом.

Что за⁈ Какого хе… ЗАРАЗА! БОЛЬНО! КАК ЖЕ, СУКА, БОЛЬНО!"

"— Ранкар⁈ Ты чего⁈ — в один голос переполошился квартет Осколков, резко подскакивая ко мне и подхватывая за руки.

— Что случилось⁈ Ты бледнее самой смерти.

— Не… знаю… — едва разборчиво прохрипел я. — Ничего… не… понимаю…

В мыслях сейчас блуждала только одна мысль. Настал тот самый день. День, когда я могу потерять себя. День Безумия и Пустоты. Глаза практически сразу налились кровью, но ответы на все вопросы пришли практически в одно мгновение с нарастающим землетрясением. И небывалым облегчением.