Енот-потаскун (СИ) читать онлайн

- Если они у меня еще будут.

- Почему нет? Проблемы? - я подумал, что эти ее боли, требующие почти морфия, наверно, не слишком нормально.

- Ты имеешь в виду здоровье? - Наташа покачала головой. - Нет, все в порядке. Тут другое. Когда я тебе хотела дать ключ от квартиры, ты сказал, что есть такие вещи, которые надо делать, только если не можешь не делать. Так вот дети тоже. Не потому что пора или надо. Потому что люди должны размножаться. Только если понимаешь, что действительно хочешь этого, но не для себя.

- А для кого? - не понял я.

- Для самого ребенка. Чтобы он жил и радовался жизни.

- А я думал, что детей рожают, чтобы их любить. И чтобы они тебя любили.

- Ну хорошо хоть не ради того самого стакана воды в старости, - печально усмехнулась она. - Понимаешь, это все равно получается для себя. Две стороны родительского эгоизма. Если это главная причина. Или даже две главные причины. Я хочу любить, я хочу, чтобы меня любили, - она голосом выделила эти «я». - Кто спрашивает ребенка, чего он хочет? А потом удивляются, когда ему исполняется лет четырнадцать и он говорит: «Я не просил, чтобы меня рожали».

- Не знаю, Наташ, - возможно, в чем-то она была права, но принять это однозначно не получалось. - Я никогда не задумывался, по какой причине родители решили родить меня. Но всегда знал, что они меня любят. И сам их люблю. Они никогда по-настоящему на меня не давили. А даже если иногда и пытались, сами понимали, что их несет не туда, и вовремя останавливались. Думаю, если б я вдруг решил жениться и уехать в Канаду, они не стали бы меня отговаривать.

- Тебе можно только позавидовать, - Наташа сосредоточенно разглядывала кусок индейки на вилке. - И тоже захотелось с ними познакомиться.

- В чем проблема? Тебе будет не так страшно, как мне. Папа тебя уже видел, а у мамы два кота, вы с ней общий язык точно найдете.

Я вспоминал этот разговор на следующий день, когда мы ехали в центр. На заднем сиденье Мица лежали розы, торт и бутылка «Кьянти».

На светофорах мы поглядывали друг на друга ободряюще: не бойся, прорвемся. Хотелось верить. Кэп Очевидность намекал, что потенциальную тещу лучше иметь союзником, чем врагом. Но мрачный реалист во мне сознавал, что миссия невыполнима. Ну, или очень сложно выполнима.

Машину удалось приткнуть недалеко от перекрестка Чернышевского и Чайковского.