Дина Ильинична Рубина — «Эмиграция, тень у огня»: читать онлайн бесплатно полную версию

Эмиграция, тень у огня читать онлайн

Обложка книги Эмиграция, тень у огня
0
Книга доступна на устройствах
  • Android
  • IOS
  • Smart TV
Эмиграция — явление старое, пережившее пик поэтизации в годы Первой мировой войны и сильно романтизированное благодаря Василию Кандинскому, Ивану Бунину и Федору Шаляпину.Родину покидают всегда не просто так, — это огромное испытание для характера, определенный слом и сдвиг судьбы, вызов, который человек бросает и самому себе, и миру. Через эмиграцию прошли крупнейшие художники начала прошлого века и современности, не миновала ее и Дина Рубина, чье творчество стало безусловным камертоном русской литературы конца века.В этой книге автор специально собрал истории, так или иначе связанные с темой обретения новой земли и отказа от земли старой. В них есть и юмор, и печаль, и ирония, и сострадание, обнимающее всех, с кем это случилось только что или кому это предстоит.Опыт эмиграции не может быть универсальным, и вместе с тем он — переданный от большого художника — имеет свойство помогать и поддерживать.Именно ради этого и была придумана эта книга.В сборник входят ранее опубликованные рассказы.В книге присутствует нецензурная брань!
Комментарии

Ваша оценка

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив

Текст книги

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал

Я, правда, ни о том, ни о другом ничего не слышала, но Анжела на это справедливо, в общем, заметила, что я ни о ком не слышала, об Алле Пугачевой, вероятно, тоже.

— Что, скажешь, ты не видела классную ленту «Беларусьфильма» «Связной умирает стоя»?! — брезгливо спросила Анжела.

Мне пришлось сознаться, что не видела.

— Ты что — того? — с интересом спросила она. — А «Не подкачай, Зульфира!» — студии «Туркменфильм», в главной роли Меджиба Кетманбаева?.. А чего ты вообще в своей жизни видела? — после уничижительной паузы спросила она.

— Так, по мелочам, — сказала я, — Феллини-Меллини… Чаплин-Маплин… Бергман-Шмергман…

— Снобиха! — отрезала она. (Когда она отвлеклась, я вытянула из сумки записную книжку и вороватым движением вписала это дивное слово)."

"Выяснилось, что Стасик, оператор, как раз снимал фильм «Связной умирает стоя», а художник Вячик как раз работал в фильме «Не подкачай, Зульфира!».

По случаю «нашего полку прибыло» Анжела закатила у себя грандиозный плов.

На кухне, в фартуке, колдовал над большим казаном Мирза: мешал шумовкой лук и морковь, засыпал рис, добавлял специи.

На его худощавом лице с мягкой покорно-женственной линией рта было такое выражение, какое бывает у пожилой умной домработницы, лет тридцать живущей в семье и всю непривлекательную подноготную этой семьи знающей.

Он был еще не сильно пьян, даже не качался, и мы с ним поболтали, пока он возился с пловом. Он рассказал о величайшем открытии, сделанном учеными буквально на днях, — что-то там с полупроводниками, — бедняга не знал, что рассказывать мне подобные вещи — все равно, что давать уроки эстетики дождевому червю.

Но я слушала его с заинтересованным видом, кивая, делая участливо-изумленное лицо. Не то чтобы я лицемерила. Просто мне доставляло безотчетное удовольствие следить за движениями его сноровистых умных рук и слушать его голос; он говорил по-русски правильно, пожалуй, слишком правильно, с лекционными интонациями.

Вообще здесь он был единственно значительным и, уж без сомнения, единственно приятным человеком.

За столом ко мне подсел оператор, Стасик, и дыша коньяком, проговорил доверительно и игриво:

— Я просмотрел ваш сценарий… Там еще есть куда копать, есть!

Я кивнула в сторону огромного блюда со струящейся желто-маслянистой горой плова, в которой, как лопата в свежем могильном холмике, стояла большая ложка, и так же доверительно сказала:

— Копайте здесь.

Он захохотал.

— Нет — правда, там еще уйма работы. Надо жестче сбить сюжет.

Подбор книги